«Это он о моём вчерашнем джекпоте.»

— Разумеется, нет. Тем более, это была игра в игровые автоматы.

— К сожалению, даже в них хватает способов сжульничать. И многие из таковых сразу и не заприметишь.

«Иначе говоря, если сразу не заметили, это не означает, что вовсе не заметят.»

— Уверяю, что я не жульничал.

— Я верю. Всё же ты точно не глуп, чтобы идти на подобный шаг. Но что же это было тогда — чистая удача?

— Да. Я совершенно ничего не делал, кроме как запустил игру.

— Значит, и такое бывает… Поражающая удача, если честно. Но, если уж на то пошло, то она для тебя обернулась, по большей части, неудачей.

— Теперь многие меня будут считать просто зазнавшимся везунчиком, отчего не будут хотеть видеть во мне потенциального, надёжного партнёра.

— Да, — кивнул он согласно. — Но тут есть и другая сторона — хорошая — наверняка есть и те, кто считает тебя настолько везучим, что если они будут рядом с тобой, то удача и им будет сопутствовать.

— Думаю, таких крайне мало.

— Ну да, это точно подмечено, — печально согласился он. — Но это ещё не главная проблема.

— Ночной аукцион, — продолжил я его мысль, на что снова получил утвердительный кивок.

— Зачем ты в это влез?

— К сожалению, на это мне нечего ответить.

«Мне действительно нечем оправдать это действие, кроме как сказать правду, которую я, естественно, говорить не намерен.»

— Серьёзно? — удивился он. — Это весь твой ответ?

— Да. А разве с этим есть проблемы?

— Конечно. Твоя репутация ухудшилась, репутация Мияко как жены ухудшилась, репутация рода, соответственно, тоже ухудшилась.

— Я про серьёзные проблемы. Лично я не вижу тут не одной.

Он глубоко вдохнул и, промедлив немного, выдохнул.

— Что ж, тут ты прав. Никаких серьёзных нет. Пока что нет. Понимаешь ли, ты словно буря, проносящаяся по мирной земле и втягивающая в себя всё подряд. Ты неконтролируемый, а как следствие — опасный. В силу этого, я попрошу тебя уехать отсюда сегодня со мной, — и, не дождавшись моего ответа, встал со стула и сказал. — На этом желаю приятного аппетита.

И когда он уже развернулся, я спросил:

— Чья это инициатива?

— Что? — обратно повернувшись ко мне, спросил он.

— Чья это была инициатива, чтобы ты приехал сюда и высказал мне всё это, забрав с собой.

Он промедлил.

— Отца и моя, — наконец-то ответил он.

— То есть, не главы рода?

— Нет, — с явным нежеланием и трудом ответил он. — Дедушка почему-то даже после всего произошедшего питает к тебе невероятное доверие.

«Это не может не радовать.»

— В таком случае, я отказываюсь.

— Ты не можешь…

— Пока не будет полноценного приказа главы рода, я отсюда не уеду, — твёрдо, не отводя глаза, произнёс я.