очертания созвездий пальцами, и время замедлялось. — Как мы с тобой стали белыми воронами в собственных семьях? — Кристин нарушила долгое молчание. — Вообще по фигу. Мне нравится быть белой вороной. По крайней мере я себя знаю. — Рози достала сигарету. — Все бессмысленно. Все фальшивое. Накопительные пенсионные счета, ресницы, контуринг, фанаты кроссовок, парни из Кориа-тауна в районе Пасифик Палисадес, университетские дипломы, шестизначные зарплаты, браки — все напоказ. Кристин легла на бетон и поглядела в ночное небо — единственное ночное небо, какое она видела в жизни. Она разглядывала знакомые звезды, а они разглядывали ее, и она рассмеялась. — Помнишь, как мы с тобой собирались переехать в Лос-Анджелес? Давай договоримся когда-нибудь точно переехать. По-моему, это будет в миллион раз проще, чем в Шанхай. — Давай, да. Все равно ничего лучше я не придумаю. Они скрепили обещание тайным рукопожатием и молча лежали под звездами, а их предсказуемые жизни проходили мимо. Они глядели в небо и смирялись с тем, что они две простые азиатки из Южной Калифорнии. * * * Кристин поняла, что давно не общалась с Лизой и другими подружками, но совсем по ним не скучала. Она вернула натуральный цвет волос, сняла наращенные ногти, перестала наносить плотный тональный крем и начала искать подработку в Лос-Анджелесе, чтобы поступить на курсы в Калифорнийский университет. Может, и правда пора покинуть пузырь округа Ориндж, начать с малого. Мать заметила ее преображение и сразу заподозрила неладное. Как-то раз Хюен Лам влетела в комнату к дочери и спросила: — С кем ты встречаешься? — Ни с кем, ме . Захотелось сменить имидж. — Это правильно. Ты не молодеешь. Найди себе кого-нибудь. Сестра твоя вон с врачом встречается. Бери с нее пример. Кристин огрызнулась: — Уж лучше сдохну в одиночестве, чем буду страдать замужем, как все женщины в нашей семье. Мать ничего не ответила ей на это. Только посмотрела на младшую дочь и подумала, какая муха ее укусила? — Ладно, главное — ешь побольше. У тебя болезненный вид. В холодильнике нарезанные фрукты. — И она закрыла дверь, ошарашенная такой переменой. На другой день Кристин отправила Рози сообщение: «Помнишь, тогда у речки мы договорились уехать в ЛА? Ты в деле?» Рози писала и удаляла, опять писала и наконец, целую вечность спустя, ответила: «Когда едем?» «Заеду за тобой в 5». 29. Оань Зыонг Оань Зыонг всегда была женщиной твердых убеждений. Она редко сомневалась в себе. Без сожалений оставила первого мужа и уехала за Анем, любовью своей