жизни, в Камбоджу. Когда она рожала третью дочь, никаких сожалений у нее не было и в помине. Повитуха вложила девочку ей в руки, и Оань заплакала от счастья при виде здоровых черных волосиков. Она зарылась лицом в сладкий аромат малютки и вдохнула его полной грудью. Какое счастье! Оань не могла налюбоваться на новорожденную дочь, а повитуха — та же, что принимала ее первого ребенка, — жалела роженицу. Надо же, три дочери! Повитухе пришлось рассказать ей о проклятии, которое наложили на все ее потомство, и предупредить, какое тяжкое бремя их ждет. Не в этой жизни, а в жизни ее дочерей и их дочерей тоже. — Бесконечный круг. Ни одна женщина из рода Зыонг не родит сына. Повитуха уговорила Оань отыскать колдунью, что живет у подножия горного хребта Хоангльеншон. Сказала, Оань должна обратить проклятье. Нужно договориться с колдуньей, предложить за ее услуги самое ценное, что есть у Оань. Иначе все будущие поколения их рода будут расплачиваться за ее грехи. — Мне нечего ей предложить, у меня нет денег, — ответила Оань. Как страшно прийти к колдунье с пустыми руками! — Я ведь из простых. — Придумай что-нибудь, — сказала повитуха. — Вспомни, что у тебя есть самого дорогого, то и отдай ей в обмен на будущее твоих потомков. Не все можно потрогать руками. Есть вещи не из этого мира. Ты как мать должна принести эту жертву. Тогда Оань все поняла. Она опустила взгляд на новорожденную дочку, тихонько спящую у нее на руках, и поняла, чтó должна сделать, хоть это и разобьет ей сердце навсегда. — Как мне отыскать эту ведьму? — спросила она у повитухи, смиряясь перед непосильной задачей. — Ищи женщину неопределенного возраста, она живет в белоснежном домишке неподалеку от округа Шапа. Чтобы добраться туда, придется нанять проводника. Сначала за несколько дней ты увидишь смену всех времен года, а как почувствуешь снег под ногами, знай — ты на месте. Колдунья живет в конце дороги под старым баньяном. В день, когда Оань отправилась на север, она запомнила лица своих прекрасных дочерей и расцеловала их одну за другой в макушки, пока они крепко спали. У всех трех ее девочек на правой щеке было по родинке. Знак, что именно Оань носила их под сердцем. Она поглядела на Аня. В глазах у него стояли слезы. Они нежно обнялись, и она почувствовала, как ему страшно. — Зачем ты идешь туда? — Ань упрашивал ее остаться. — Добраться в Шапу не так уж просто. Если с тобой что-нибудь приключится, я не знаю, как буду жить. — Я должна сделать это ради дочерей. — Позволь мне пойти. Оставайся дома.