Барон Оринас не молил о пощаде, не рыдал, ведь уже давно смирился со своей участью. С того самого дня как он взошёл на престол и стал правителем этого города и некоторых близлежащих поселений. Ведь восхождение это было полно крови, предательств и зла. А это означало, что новый барон закончит свою жизнь также как и предыдущий.

— Алексиар, пора бы дать ответ, сколько нам ещё ждать? — Викториан закончил свой монолог и теперь ждал ответа вместе со всеми собравшимися в зале.

Я же не мог сказать и слова, кроме того и сам Алексиар совсем меня не слушал. Мне уже показалось, что он снова впал в ступор, однако вдруг моё тело загорелось с новой силой. Камень раскалился и мне захотелось выть от боли, но только вот пасть моя скована камнем, словно намордником.

Алексиар же вдруг покинул тело и силуэт из огня встал впереди меня, после чего все мятежники отшатнулись от жара, а пленники попадали на спины и начали пытаться отползти в сторону. Алексиар же начал подниматься по ступеням, с любопытством разглядывая всё вокруг.

— Какая сила, какая мощь! — радостно воскликнул Викториан и встал на ноги, дабы стоя встретить своего нового союзника, который остановился на предпоследней ступени. — Вместе мы уничтожим Флорианов, и никто нас не остановит!

И затем Викториан выхватил кинжал и протянул его рукоятью к Алексиару. Магическое оружие засияло в момент прикосновения бесплотного духа, однако будучи изготовленным из лунного металла оно не провалилось сквозь огненную ладонь, а само стало такой же бесплотной. Подобные артефакты могли позволить себе разве что правители вот таких городов, а копились деньги путём сотен тысяч часов чужого труда.

— Почему ты медлишь? Или хочешь насладиться моментом? — с улыбкой спросил Викториан, пока Алексиар разглядывал своё оружие.

— Моя память уже не та, что прежде. Я многое забыл…

— Неужели и барона тоже? И их?

— Да, в какой-то момент да, забыл. Однако ненависть и гнев в последнее мгновение перед смертью освежило память, и я снова вспомнил список имён. Однако среди всех… — Алексиар развёл руками и пламя обожгло всем пленникам ноги. — Только один ублюдок предал меня дважды.

И в последний момент Викториан вдруг осознал, как сильно просчитался. Алексиар уже не мог мыслить трезво и на перспективу. Гнев и ненависть наполнили его до краёв, а катализатором стал сам Викториан, который сначала реализовал приказ барона, а затем ещё и попытался убить меня около магического ядра.

Ублюдок, который готов был перенести свои обиды даже на детей и женщин, ведь в жестокости своей он не знал равных. Верный пёс барона, командир гвардии, тот кто лично держал в страхе весь город и подавлял любые мятежи своей жестокой рукой. Викториан Дробитель, так его прозвали, ведь преступников он не убивал, а просто превращал их ноги в фарш с помощью своей магии земли.