Движение Алексиара было настолько неуловимым и быстрым, что даже не описать. Не было никакого хлопка, ведь тело и оружие были бесплотными и ничего не весили, на них не влияло сопротивление воздуха. Одно мгновение, что быстрее удара сердца и даже мысли, как кинжал оказался в боку Викториана.

— ПРЕДАТЕЛЬ!!! — тут же лицемерно завопил Викториан, которого нельзя было просто так убить.

Огонь и пламя внезапно сошлись в буре. Задрожал весь дворец и тысячи языков пламени хлынули к трону. В ужасе побежали пленники, которых никто не стал останавливать. Часть мятежников же попыталась рвануть в сторону Викториана, как вдруг обнаружила, что большинство, наоборот, отдалились и стали наблюдать.

— Нет, друг, ты не прав! — зло воскликнул Рэм, отталкивая от себя Онвира.

— Он сумасшедший, Рэм! Сумасшедший! — в то же время Онвир перешёл на крик. — Ты хочешь, чтобы строительство нашего нового мира началось с крови невинных⁈

— НЕВИННЫЕ⁈

— ДА, НЕВИННЫЕ!!! ДЕТИ И ЖЕНЩИНЫ, КОТОРЫЕ ПРОСТО ЖИЛИ И ПЛЕВАТЬ ХОТЕЛИ НА ВСЁ!!!

— ВОТ!!! ПОЭТОМУ! ОНИ!!! СДОХНУТ!!! — глаза Рэма налились кровью, и он выхватил рапиру из ножен.

— Я не дам вам опуститься до какого, — тихо произнёс Онвир, снимая со спины лук.

— И как это понимать? Предательство? — Рэм оказался настолько взбешён, что голос его стал едва слышным среди грохота битвы Алексиара и Викториана.

— Контрреволюция.

И в следующую секунду Рэм рванул вперёд, а Онвир начался уклоняться. Мятежники тоже раскололись и началась потасовка, в которой все забыли про меня.

Тем временем Викториан всё чаще отступал, ведь он и так был вымотан битвой, так ещё и Алексиар превратился в дух ненависти и гнева. Колоссальная мощь рвалась наружу и вся та энергия, вызванная взрывом ментального якоря, выходила сейчас наружу, пытаясь уничтожить и моё ментальное тело.

Однако в этот раз всё происходило иначе, ведь процесс подрыва ментального якоря был не самопроизвольным, а намеренным и контролируемым. В свою очередь я уже видел через магическое зрение как хитросплетение узоров в ментальной проекции мира начало гаснуть.

Заклинание Викториана слабело и постепенно он терял контроль над камнем, который меня сковывал. Вместе с этим понижался и магический фон, после чего в какой-то момент я смог создать своё заклинание и превратится в тень, после чего выскользнул из ловушки.

И тут же упал на пол, в метре от земляного кокона. Рука у меня всё ещё была лишь одна, вторая же болела и почему-то начала снова кровоточить. Кроме того, моя огненная аура ослабла, ведь теперь всю силу огня забирал Алексиар.