— Ах, проклятье… — прорычал я, после чего дополз до раскалённого камня и прижёг свою культю снова.

Я не сдерживался и закричал во всю глотку от боли. Всё равно меня никто не слышал в этой бойне. Сдерживать же эмоции внутри вредно, хотя даже с криком от такого аттракциона эмоций я на секунды две потерял контроль. Не упал в обморок, а просто перестал воспринимать реальностью, хотя продолжал сидеть на коленях перед горящим обломком и глаза мои всё видели, как и крик вырывался изо рта.

— Сука… — выдохнул я, после чего поднялся на ноги, попутно выхватив из ножен свой меч.

Бой же продолжался и довольно быстро лояльные Онвиру мятежники начали брать верх благодаря численному перевесу. Лояльность Викториану среди революционеров была выше, однако Онвир постарался, чтобы в этом дворце близ него находились те смертные, которые либо уже приняли идею контрреволюции, либо приняли её в процессе, поняв, что победителем из этого скорее всего выйдет именно Онвир, а не уставший и вымотанный Викториан.

— Скорее, нужно уничтожить тело Викториана! — отдал приказ один из мятежников, вырвав клевец из лба мага земли, с которым я когда-то дрался бок о бок и который запер меня в ловушке.

Сам же Викториан в этот момент начал создавать саркофаг из земли. Битва с Алексиаром же проходила на совершенно ином уровне, на ментальном. Стоило лишь взглянуть на происходящее через магическое зрение, как можно было ослепнуть от вспышек магии и яростных атак.

Сама же битва в ментальном мире напоминала одновременно всё и ничего. Ведь инструментом войны были не клинки и стрелы, а магические узоры, что стремительно менялись. Они могли принимать образы огненных всадников или закованных в камень левиафанов. Эти образы завесили от восприятия создателя и мало на что влияли. Ведь сила крылась в самих узорах, а не в том как их видели другие.

В свою очередь Викториан сдавал позиции и полностью переключился на борьбу в ментальном плане. Физическое же тело он защитил каменным саркофагом, который начали разбирать воины с молотами, клевцами и с прочим оружием. В ход шла и магия, однако большая часть действительно сильных мятежников уже была мертва и процесс затягивался.

— СДОХНИ, УБЛЮДОК!!! — завопил Рэм, после чего отскочил от выстрела взорвавшейся стрелы в сторону, приземлившись рядом со мной.

Всё его тело покрывали раны, так ещё и последняя стрела не просто взорвалась, а поразила осколками его тело. Да уж, ему точно бы сейчас пригодилась броня, ведь увернуться от удара он мог, но от осколков… даже магия воздуха не очень помогала. К тому же осколки Онвира были зачарованы, как и все стрелы.