— Да, лейтенант Мельников, — напомнил я.

Тут инициативу перехватил комроты и, быстро договорившись с командиром эскадрона, приказал нам переправляться в этом месте.

Ширина реки была метров пятьдесят, но плыть нужно было только тридцать метров, ну а все миномёты Малыш вообще перетащил через реку, идя по дну. А чтобы много не ходить, он сказал их собрать, и уже в собранном виде за два рейса переправил их с берега на берег. Сначала переправлялись моя банда и пехотный взвод, а разведка нас прикрывала, затем по отделениям быстро переправились и разведчики. Форму снимать не стали, так что пока купались, заодно и постирались. На берегу только вылили воду из сапог и ботинок, отжали и перемотали портянки и двинулись в расположение кавалеристов. Через час мы были уже на месте, а именно на станции Жарковский, в расположении штаба 53-й кавдивизии, куда нас и сопроводил старший лейтенант Задорожный. «ОфицерА» пошли в штаб, чтобы познакомиться с местным начальством и связаться с нашим командованием, мы же пока расположились неподалёку, отдыхать и приводить себя в порядок.

Через десять минут ротный вернулся и, озадачив нас чисткой и смазкой оружия, приказал следовать в сопровождении кавалерийского старшины, в расположение хозвзвода, где примерно через час нас должны были накормить. Ветошь и смазку под роспись выдал нам старшина и, расположившись на полянке, мы приступили к чистке оружия. Организовав процесс, и назначив за себя старшим Михалыча (командира миномётного отделения во втором разведвзводе), я нашёл сержанта Филатова, подсел к нему и параллельно с чисткой своего люгера завёл непринуждённый разговор.

— Здорова, Серёга.

— И тебе не хворать. — Поздоровкался он, как будто мы неделю не виделись.

— Ну, рассказывай, как там всё было? — интересуюсь я.

— Где там? И с какой целью интересуетесь? — начал он выкаблучиваться в своей любимой манере.

— Хорош выёживаться, не томи, а то я подумаю, что ты еврей. — Загрузил его я.

Сбитый с панталыку Филат, начал «буксовать».

— С чего это, ты, решил меня в иудеи перекрестить? — продолжил он задавать вопросы.

— А нехрен вопросом на вопрос отвечать, мы так-то одном окопе воевали. — Наехал на него я.

— Ладно уж, раз пришёл, тогда слушай. — Не стал больше ломаться Серёга.

«- Дошли мы до опушки, достали из ранцев немецкую форму, переоделись и стали ждать начала концерта. Ну а когда вы начали стрелять, быстренько выскочили на дорогу и, построившись в колонну, пошагали по направлению к деревне. А когда вы уже заканчивали своё выступление, то мы немного ускорились и вошли в Морзино с последними разрывами мин. Штаб дивизии располагался в самом большом доме в центре села, а немцы как раз в это время сидели по щелям. Мы с капитаном и несколькими бойцами спокойно вошли в помещение, пристукнув по пути парочку часовых, и стали собирать карты и документы, складывая их в ранцы. На входе стояли наши люди с приказом всех впускать и никого не выпускать, а в сенях был организован комитет по встрече и нейтрализации входивших. Закончив шмон и оставив несколько сюрпризов из лимонок в паре с термитными шашками в самых неожиданных местах, мы, запалив костерок в одной из комнат, по быстрому свалили из помещения, построились в колонну и побежали вдоль по дороге в сторону леса. А когда стали стрелять наши снайпера, развернулись в цепь и, стреляя по верхушкам сосен, быстрым шагом скрылись в лесу, повернули направо, и уже друг за другом побежали вдоль опушки на позиции стрелкового взвода. Ну а дальше ты сам всё уже знаешь. В деревне шуметь мы даже и не пытались, потому что охраны было слишком много, и нас бы там всех положили. Но и твои миномёты поработали неплохо, когда мы проходили по центральной улице, то трупы гансов нам попадались довольно часто, особенно на северной окраине.»