— Я эти ящики ещё при разгрузке тех грузовиков приметил, — сказал Мишка.

— А когда мы всё это разгружали, никто ничего не считал, а чмошников и близко не стояло, — ответил я.

— Это нам подарок от комдива, можно брать, пока эти крысы не узнали.

Я указал глазами на штабного возницу:

— Нужно, но надо всех левых убрать.

Последнюю точку в пользу «брать» поставили наши урчащие животы. Уже скоро вечер, а мы даже толком не позавтракали. Решили — берем! Боезапас привезли в последний момент, а когда мы его загружали в вагоны, никого из высокого начальства рядом не было. Быстро догрузив повозку снарядами и закинув дополнительно все ящики с патронами, ручными и противотанковыми гранатами, отправили ее в расположение. Консервы мы спрятали в короба передков, в каждый вошло по четыре коробки. Мы поставили на крышку передка ящики со снарядами к нашей пушке и тоже двинулись в расположение взвода. Фёдору и ездовым наказали держать язык за зубами насчёт продуктов. Когда возвращались обратно, навстречу попались миномётчики на своих двуколках. Мы остановились, перекурили, я намекнул им насчёт халявы, а в ответку разжился парой пачек самых артиллерийских папирос «Пушки», и мы довольные друг другом, разъехались в разные стороны. Прибыв на место дислокации, доложились взводному, он, отпустив Мишку, отвёл меня в сторонку.

— Ну что, чего ещё лишнего прихватили куркули деревенские? — спросил Иван. — Вижу по вашим хитрым рожам и невинным глазам младенца, что-то здесь не чисто.

— Вы бы на свою невинную физию в зеркало бы посмотрели, товарищ командир, — огрызнулся я, — а если серьёзно, то много чего нужного в бою.

— Давай выкладывай, не отходи от темы.

— Ну, патроны и гранаты ты видел?

— За это хвалю. Что ещё?

— Противотанковые гранаты.

— Пригодятся, ещё чего?

— Да так по мелочи, ерунда там всякая разная.

— Не юли, что за ерунда, говори конкретно.

— Тушёнки немного взяли, валялась там, но никто не видел.

— Да вы ох…амели совсем! А немного, это сколько?

— Ящиков восемь, но там ещё осталось, но думаю, вскорости без следа растащат, жрать-то все хотят. — Летёха аж покраснел от возмущения и моей наглости.

— Да у меня слов нет, одни маты, да вы… вы же комсомольцы! — привёл свой последний аргумент Ванька.

— А раз слов нет, так и не говори ничего, лучше подумай и выслушай аргументы, а потом сопоставь факты. Во-первых, нас никто не видел, во-вторых, это неучтёнка, привезли-то ведь боеприпасы, ну а в-третьих, мы на войне, Ваня, а она всё спишет, и эти консервы, и нас с тобой смахнёт в одну секунду, даже не заметишь. Это моя вторая война! — кстати, действительно, вторая. Николай был на финской, а я в Чечне. — Так что поверь моему слову, ничего нам за это не будет!