— Ясно. Принимай роды, Жора.

— Як примай?

— Нежно. Ты же настоящий миномётчик.

— А! Поняв. — Подставляет он руку к дульной части ствола, а я аккуратно наклоняю миномёт, после чего Жорик ловко подхватывает мину, аккуратно кладёт её на бруствер, и только после этого начинает дуть и плевать на ладонь. Патрона в хвостовике мины не было. Проверили распечатанный лоток. Не заряжено.

В следующей укупорке все мины оказались с вышибными патронами, поэтому навожу миномёт на цель и открываю беглый огонь. Жора теперь заряжает, а Муха подносит мины.

По цепи передали команду, «прекратить огонь», поэтому с недоумением заканчиваю стрелять. Потом вылезаем на гребень высотки и устанавливаем миномёт, чтобы стрелять прямой наводкой, а не выпрыгивать из окопа. Пулемётный огонь с высоты практически стих, и лишь немногие винтовки и карабины лениво постреливали по противнику. И только на правом фланге за высотой негромко урчали моторами наши танки. Потому-то ушлые фрицы, поднявшись в полный рост, рванули в атаку и огребли на орехи. Сначала от внезапно оживших трофейных «эмгэшников» и товарища «Максима», а потом по своему левому флангу уже от пошедших в контратаку двух наших танчиков. Метров на сто их запала ещё хватило (стрелять наши начали не сразу), а вот когда половина из поднявшихся упала, и левый фланг смело как метлой, то оставшиеся в живых гансы ещё быстрее побежали в наступление, только теперь уже в обратную сторону, благо бежать было под горку. Правда, панике поддались не все. Те немцы, которые были ближе к дороге, а особенно отделения, где сохранились унтер-офицеры, откатывались короткими перебежками.

Выпустив пару пристрелочных мин, пытаюсь накрыть один из пулемётов. Это мне удаётся, а потом дальности не хватает и приходится прекратить стрельбу. Только станковые пулемёты и лёгкие танки продолжали подгонять бежавших короткими очередями. Малютки быстро не разгонялись, а проехав метров триста, остановились и продолжили стрелять по отступающим с места. Потом сдали назад, развернулись и убрались восвояси.

На этот раз передохнуть нам грёбаные фрицы практически не дали, мы только и успели перевезти раненых за мост, а двухсотых спустить к подножию холма. Опустевшие магазины и патронные ленты переснаряжали уже под миномётным огнём противника, который вёлся из небольшой деревни, стоящей в километре от нас на юго-западе. Деревенька Романово была небольшой, всего с десяток домов, людей из неё вместе с домашней живностью местное начальство эвакуировало, а вот добротные рубленые из толстых брёвен дома остались на месте. Вот из-за этих-то домиков по нам и стали стрелять немецкие самовары, а также затявкали противотанковые пушки, так что съездить на танках и броневике, чтобы надавать по мордасам наглым гансам не было никакой возможности.