Оборону мы теперь организовали следующим образом. Позиции на высоте занял второй взвод разведчиков, точнее всё, что от него осталось, а это человек двадцать, зато трофейный МГ был у каждого третьего. К ним присоединились два прибывших отделения пулемётчиков, установив один «Максим» на правом фланге, а второй в центре высоты прямо на КНП, отсюда ему открывался круговой обстрел. Два ротных миномёта мы установили на левом фланге, оставив там всего двоих миномётчиков, но добавив двоих «старых партизан», трофейный полтинник" пока оставался в резерве, для него просто уже не хватило людей. Так же на правом фланге высотки заняли позицию и два отделения первого мотострелкового взвода. Одно оставшееся отделение этого взвода составило резерв и находились с другой стороны реки. Окоп, вырытый диверсантами возле моста, заняло нештатное отделение местных мужиков под руководством Егора Сергеевича, который стал наводчиком к «Максиму», ещё на вооружении у них был «дегтярь» и немецкие карабины. Ну и с высоты их готовы были поддержать одно орудие и несколько пулемётов, а также тяжёлые миномёты. В кустах, растущих вдоль речки, было установлено несколько гранатных растяжек в четыре ряда, так что незамеченным никто подойти не мог. Заняв свои места по боевому расписанию, мы приготовились к бою и ждали, что на этот раз предпримет противник.

В этот раз атаковать высоту в лоб немцы не стали, а только обозначили атаку, подойдя к ней на километр, и установив пулемёты, стали окапываться. Зато с флангов они на нас накинулись всерьёз, но немного обломались на левом. Когда не менее роты фашистов попытались обойти нас по лесу с левого фланга и сначала уничтожить тех, кто оборонялся на опушке, а потом добраться и до нас. У них это почти получилось, если бы не одно но. Во-первых, уничтожать там уже было некого — наши вовремя отошли. Во-вторых, часть фрицев нарвалась на растяжки, поставленные ещё Мишкой, чем себя и выдали, а так как сразу никто не разобрался, что это было, то и огонь они открыли раньше времени, думая, что по ним кто-то невидимый кидает гранаты. Постреляв минут пять и взбодрив себя этим, долбаные гансы короткими перебежками двинули в атаку, а не найдя никого на позициях, обрадовались и побежали гораздо резвее занимать лесную опушку. Заняв позиции, они подали сигнал, использовав серию разноцветных ракет. Буквально сразу же после этого сигнала, послав ответный, на наш правый фланг стали наступать бронеавтомобили и цепи пехоты противника. Я насчитал дюжину этих коробок, но в деревне оставалось ещё несколько штук. Впереди шли тяжёлые броневики с двадцатимиллиметровыми пушками, а уже за ними лёгкие с пулемётами, ну и пехота наступала, прикрываясь бронёй.