— Мои поздравления, — провозгласил стряпчий. — Теперь вы — полновластный хозяин всего, что испокон веков принадлежит Володкевичам.
— А что с моим изгнанием?
— Уже аннулировано.
— И я теперь глава Рода?
— Безусловно. Я перешлю копию акта на вступление в законные права куда следует, и через две недели, максимум три, вы будете считаться официальным главой и единственным представителем своего Рода, — объяснил стряпчий. — Подпишите соответствующее прошение. Здесь и здесь.
Подводные камни я чую за километр.
— А куда следует — это куда?
— Дворянское Собрание Российской империи, Туровский отдел. В Москву ездить не надо, всё оформляется через губернскую администрацию.
— Разве на этой бумажке не надо ставить родовую печать?
— Обязательно, — кивнул стряпчий. — Куда ж без этого.
Иными словами, меня могут убить до того, как я доберусь до отцовского сейфа. Или до того, как Дворянское Собрание вынесет постановление, оформит приказ и внесёт мою фамилию в реестр аристократических фамилий Турова. Широкое поле для деятельности разных ушлёпков.
Забрав бумагу, я уточнил:
— Когда раздобуду печать, связаться с вами?
— Именно.
— Что с деньгами, лежащими на счетах?
— В наследство вы уже вступили. Можете забрать их хоть завтра, — улыбнулся Бенедиктов. — Я приготовил для вас папку, в которой указаны банковские реквизиты.
— Это всё?
Троглодит начал тереться о мою ногу, выклянчивая ещё рыбки.
— Ну, если вас не интересуют покупатели…
— Ах, да, — я сделал вид, что этот вопрос вылетел у меня из головы. Хотя был уверен, что разузнать об этих энтузиастах надо как можно больше. — Кто они?
Бенедиктов вздохнул:
— Как по мне — мутные типы.
Я приготовился слушать.
Глава 11
С Бенедиктовым связались на следующий день после уничтожения Рода. Неизвестный представился агентом по недвижимости Самсоновым. Интересовался агент сугубо возможностью выкупа бесхозных земель, оставшихся после падения Володкевичей. Так и сказал: «падения». Стряпчий возразил, что земли ещё не признаны бесхозными, поскольку старший сын покойного графа жив, с ним пытаются установить связь в Пустоши. Агент Самсонов оживился и попросил контакты молодого наследника. Получив отказ, оставил свой номер и выразил надежду, что ему перезвонят.
— То есть, он вёл переговоры с вами, — задумчиво протянул я. — А разве вы имеете право заключать сделки купли-продажи чужой недвижимости?
— Я — нет, — ответил стряпчий. — Но у меня все необходимые документы для заключения подобных сделок.
— А что происходит в случае моей смерти? — стало интересно.
— Земли вместе с усадьбой отходят Фурсовым, — уверенно заявил стряпчий. — Других родственников просто не существует.