— Чучело обещал сделать, — признался я.

— Сделает, — кивнул Поль. — Не было случая, чтоб он слово своё не сдержал. Но здесь тебя никто не тронет, обещаю. Если только магистраты накинуться, так что делай, как говорю: ни отчего не отказывайся, со всем соглашайся. Тебя за что засадили?

— Ночью на улице кричал «пожар».

— А ты кричал?

— Кричал.

— Вот и не отказывайся. За такое только штраф дадут.

Что мне дадут и как вести себя, я и без его подсказок знал, ничего нового по этому поводу не услышал. Вопрос в другом: чего он за свои советы хочет? Не альтруист же он в самом деле.

— А как на волю выйдешь… — продолжил Поль. — Предместья за Вельскими воротами знаешь?

— Видел издалека, — неопределённо ответил я.

— Трактир там есть «Серая птица». Если по дороге от Суассона ехать, так он самый первый. Скажи хозяину, что от меня. Хозяина Коклюшем кличут…

— Зачем мне это?

— Он подскажет, где Жировика встретить, чтоб встрече вашей не помешал никто. А дальше сам решай, как быть. Я одно лишь скажу: если хочешь ходить не оглядываясь, Жировика завалить надо.

Я широко улыбнулся.

— Понял. Моими руками от конкурента избавиться решил. Дай-ка угадаю: ты сам здесь от него прячешься, ага? Ждёшь, когда его кто-то другой прикончит, а потом выйдешь и Рытвину под себя нагнёшь.

— Ну а если и так? — Поль догрыз рыбину и швырнул остатки доходягам. — Тебе по-любому что-то делать надо, иначе он тебя самого нагнёт. Чучело, говоришь? Вот и станешь чучелом. А я тебе совет дельный даю и помощь оказываю. Пойми, Сенеген, выбора у тебя нет. Можешь, конечно, убежать, но он всё равно достанет, не простит. А заодно и близких твоих. Понимаешь о чём я?

Понимаю. Сука, конечно, этот Поль, давит на самое больное. Но чего хочешь говори, а он со всех сторон прав. Одним мной Жировик не накушается.

— А почему своих людей не пошлёшь?

— Люди… — он хмыкнул. — Людям вожак нужен, без вожака они бояться. Жировик, это… А ты первый, кто его так. Ха! Пол жизни бы отдал, чтоб глянуть, как ты ему клевец к яйкам сунул.

Поль хохотнул, изображая весёлость, но в то же время взгляд его оставался серьёзным. Он изучал меня, ждал, что отвечу: соглашусь, не соглашусь? Психолог грёбаный. Думает, надавил куда надо, испугал, я и потеку, сделаю, как он велит. Конечно, сделаю, но не потому, что он этого хочет.

— Ну так чё, напрягать мне Коклюша?

— Напрягай.

— Вот и молодец, — Поль облегчённо выдохнул. — Я тогда человечка пошлю к Коклюшу, чтоб он подготовился и ждал тебя. Не ссы, всё хорошо будет. Неделя-две, и тебя отсюда выпрут. А пока… Хошь распоряжусь, чтоб цепи с тебя сняли? Чё ты маешься с ними? И жрачку получше, да? А то отощал совсем.