— Мы должны добывать адамантий? — переспросила девушка.

— Именно. Это те самые дары, которые мне нужны. Я надеюсь на вас.

— Я обеспечу тебя дарами, Алексий, — гордо выпятила грудь девушка.

Ачквал довольно лыбился. Он уже мысленно примерял на себя роль вождя, и это ему очень нравилось.

Все шлюзы были задраены. Бот при взлёте поднял в воздух тёмный пепел и взмыл в небеса. Алексей направил его в сторону поселка картов. На космическом корабле даже при полёте в атмосфере путь до места назначения занял всего несколько минут. Летательный аппарат завис метрах в пятидесяти над землёй над центром деревни.

На экране было прекрасно видно, как аборигены в ужасе разбежались в разные стороны подобно крысам с тонущего корабля. Их реакция мало чем отличалась от реакции его спутников в тот момент, когда он прилетел к ним. Через несколько мгновений звездолёт совершил жёсткую посадку на площади перед хижиной вождя. Просторная территория наверняка до этого использовалась для праздников, танцев и тому подобного. Но бот едва втиснулся между хижин, которые от подобного землетрясения затряслись так, что едва устояли на месте. В следующее мгновение по аппарели спустилась троица пассажиров, облаченных в серебристые комбинезоны.

После этого бегство прекратилось. Самые смелые и любопытные жители начали возвращаться, чтобы с почтительного расстояния поглазеть на небесных гостей. При этом женщины и дети попрятались в лесу, и назад возвращаться не спешили. Немногочисленные аборигены разглядывали незваных гостей.

— Я бог Алексий, а это мои жрецы, — начал Воронцов толкать речь с использованием встроенного в скафандр динамика, с помощью которого усиливал свой голос. — Мы прилетели с небес, чтобы навести порядок на ваших землях и наказать вас за поклонение грязным богам! Я бог Алексий на своей небесной лодке привёз вам нового вождя, которому отныне и вовеки веков вы должны подчиняться!

Он выдвинул вперед Варну под шёпот и возгласы аборигенов.

— Она принесёт в ваши сердца веру в истинного бога, а все, кто не согласны, пусть выйдут сюда!

Из толпы отделились несколько групп мужчин, и под восторженные крики соплеменников вышли к Алексею. Мужчина лет тридцати с густыми тёмными волосами и загорелой кожей, выделялся на фоне своих соплеменников узорами татуировок.

— Я вождь Картов, Урсул. Раз ты пытаешься тут усадить свою сучку, то будешь убит вместе с ней!

— Урсул, — боязливо окликнул его бледный однорукий охотник, культя которого была замотана тряпками, — это тот самый пленник, за которым мы гнались.

— Что? — обернулся он к однорукому. — Ждан, почему ты сразу не сказал?