— Да-а, Воронцов… — сползла с его плеч напарница. — С виду дикарь, а оказался аферистом со стажем.

— Кто бы на моём месте удержался? — пожал он плечами.

— Например, я.

Они вернулись на свои места, приняли прежние позы, после чего землянин вернул времени обычный ход. Тут же офицеры бросились изучать его потные сапоги. Они с невероятным усердием исследовали каждую складку. Нож в руках офицера расстроил младшего инспектора. Сапоги подверглись аннулированию.

— Вообще-то, — заметил он, с печалью разглядывая лоскуты, в которые превратилась его обувь, — это казённая вещь. Мне теперь из-за вас придётся написать кучу объяснительных. В них я обязательно укажу ваши личные идентификаторы.

Лица копов выглядели озадаченными.

— Встаньте! — начал командовать старший офицер. — Я вынужден провести вам личный досмотр. Ноги на ширину плеч, руки в стороны!

— Я-то встану, но если у меня не будет новых сапог, то вас ждут долгие разбирательства. Я знаю, что вас на нас навели пираты. Надеюсь, вы отдаёте себе отчёт о том, что с вами будет, когда в службе собственной безопасности узнают о том, что вы работаете на пиратов против бюро времени?

Морды обоих копов стали кислыми, будто каждый из них отведал по килограмму лимонов. Для проформы они провели полный досмотр у парочки задержанных. Они осмотрели содержимое карманов, прощупали все складки на комбезах, но ничего не нашли, после чего молча удалились из помещения.

Инспекторы молча ждали результатов проверки. Касаться босыми ступнями ледяного пола было неприятно, отчего Воронцов недовольно морщился. В кабинет зашёл молодой офицер, которого оба задержанных одарили уничтожающим взглядами.

— Вы свободны и можете идти.

— В смысле, идти⁈ — возмутился землянин. — А мои уничтоженные сапоги кто компенсирует?

Офицер резко повернулся и молча вышел из комнаты.

Воронцов снова остановил время, после чего Иритт подала голос:

— И зачем ты им сказал о пиратах?

— Припугнуть хотел.

— Припугнул, — вздохнула она. — Теперь эти уроды сбегут к своим дружкам до того, как мы доберёмся до отчётов.

— Вот уроды! Мне теперь из-за них босиком ходить.

— Нечего было воровать адамантий.

— Ага, конечно… Ты это, Иритт, залезай уже на плечи.

Девушка с неохотой повторила цирковой номер по извлечению драгоценного металла из вентиляции. После того, как она слезла с плеч напарника, вид у неё был хмурый.

— Даже не представляю, как я пойду делать отчёт… Меня же прогонят через ментоскоп, и там всё всплывёт наружу.

— Скажешь, что я тебя принудил, — пожал плечами Воронцов. — Господи, Иритт, ты уже столько лет на службе. Неужели у вас никогда не было косяков и ты не научилась переводить стрелки?