Это напоминало человека, который научился строить дом, подглядывая за работой хорошего мастера, а потом внезапно получил учебник и обнаружил, что у половины привычных действий существуют названия, правила и причины.

Некоторые из этих причин я знал.

О других догадывался.

Третьи заставляли отложить табличку, достать бумагу и несколько часов разбирать собственные старые формации, пытаясь понять, почему они вообще работали.

Особенно неприятным оказалось возвращение к Взрывной Печати. После успешного уничтожения приветственного массива Горной Печати я уже начал испытывать к новой версии почти родительскую гордость. Теперь выяснилось, что минимум три узла можно было построить иначе, а один из способов распределения энергии, который я считал собственным удачным решением, в трактате назывался распространённой ошибкой начинающих.

Хорошо хоть там не было приписки: «Если вы используете подобную структуру, пожалуйста, не размножайтесь».

Я исправил ошибку.

Потом нашёл следующую.

К концу шестого дня на полу вокруг меня лежало столько исписанных листов, что жилище больше напоминало мастерскую безумного писаря. Несколько формационных пластин занимали половину стола, вдоль стены стояли Камни Духа с пометками, а в центре комнаты я разложил простейший массив из семи узлов и уже третий час пытался заставить его перераспределять Ци так же плавно, как это описывалось в трактате.

Получалось плохо.

То есть для обычного начинающего мастера, наверное, вполне приемлемо.

Меня это не устраивало.

Я как раз собирался проверить новую теорию — вливать в Взрывные Печати энергию прямо из Камней Духа, когда защитная формация у входа отозвалась лёгкой вибрацией.

Кто-то пришёл.

Первой мыслью было проигнорировать.

Второй — вспомнить, что я нахожусь в гостях у Великой секты и человек снаружи вполне может решить войти самостоятельно.

Я убрал активную Ци из массива и открыл дверь.

На дорожке стояла Лань Юэ.

За прошедшую неделю мы виделись несколько раз издалека, но почти не разговаривали. Я сознательно не искал поводов для встреч, а она, похоже, была занята собственными делами.

Получалось удивительно удобно.

До сегодняшнего дня.

— Мин Хао.

— Сестра Юэ.

Она взглянула через моё плечо на комнату, где пол был покрыт схемами, печатями и формационными пластинами.

— Я помешала?

— Нет. Проходи.

— Не нужно. Я пришла по делу, — сообщила она. — Мастер зовет тебя.

Я невольно посмотрел в сторону верхней части горы.

Юй Жун?

Вот это уже было интересно.

За всю неделю она почти не вмешивалась в наши дела. После размещения делегации исчезла где-то среди старейшин Горной Печати, лишь время от времени появляясь на общих собраниях. Судя по тому, что никто пока не прибежал сообщить о разрушенном павильоне или дипломатическом скандале, её пребывание здесь проходило подозрительно спокойно.