— С чего бы?

— Ну не знаю, мне отказ от усовершенствования митральез кажется возмутительным!

— У нас в матушке-России всегда так, — пожал плечами Дмитрий, — пока жареный петух никуда не клюнет, делов не будет.

— Ты думаешь, клюнет?

— Как гласит закон Мерфи: если неприятность может случиться в принципе, стало быть, она случится обязательно!

— Господи, какой-какой закон?

Но Будищев вдруг застыл и, не обращая внимания на офицера, впился глазами в какую-то точку на горизонте. Затем черты лица его неуловимо изменились, и он коротко велел Линдфорсу:

— Вот что, вашбродь, в темпе вальса скачите к батарее и скажите, чтобы они становились в круг и снимали митральезы с передков. По ходу сейчас тут будет жарко!

Офицер на какое-то мгновение пришел в замешательство от подобной наглости, и хотел было уже указать на место много о себе возомнившему нижнему чину. Но услужливая память тут же напомнила ему, что прогнозы Будищева имеют обыкновение сбываться и потому он, решив повременить с расправой, и попытался рассмотреть, что же так насторожило его подчиненного.

— Ты, полагаешь, это турки? — неуверенно спросил он, заметив в отдалении непонятно кем поднятыеклубы пыли.

— Да пофиг что я думаю, если и наши, то опять зацепят и дальше поедут, а вот если нет…

Тем временем впереди и впрямь показались какие-то всадники и подпоручик, решив не искушать судьбу, пришпорил коня. Дмитрий же, воровато оглянувшись, сунул руку в седельную сумку и достал оттуда большой, как две соединенные подзорные трубы, бинокль. Его он тоже нашел среди трофеев. Продать сразу не получилось, подарить офицеру задушила жаба, а носить открыто не позволяла субординация. Беглого взгляда на повязанные вокруг шапок неведомых кавалеристов тюрбаны или чалмы оказалось достаточно — впереди были башибузуки, какого бы происхождения они не оказались. К тому же будь это казаки и горцы-мусульмане из кавказских дивизионов, они передвигались бы походной колонной, а не беспорядочной толпой.

Расстояние для стрельбы было великовато, и унтер вяло матюгнув турок, которые до сих пор не дали ему возможности обзавестись оптическим прицелом, повернул своего каурого конька назад.

— Погнали, Кузя, — сказал он ему и, потрепав за шею, толкнул бока благородного животного стоптанными каблуками.

Кузя в ответ печально скосил глаз на человека лишь недавно ставшего его хозяином, но брыкаться не стал и неторопливо поскакал в сторону своих.

Когда Будищев вернулся к батарее, там уже вовсю готовились к возможным неприятностям. Как бы Мешетич не относился к свалившимся на его голову пехотинцам, вражеская кавалерия это всегда серьезно. Поэтому снятые с передков картечницы ощетинились во все стороны своими многочисленными стволами, а вокруг них суетились номера расчетов. Коноводы отводили лошадей в сторону, а господа-офицеры встревоженно озирали окрестности.