— Всенепременно! — крикнул ему в ответ Линдфорс и ударил коня шпорами.
— Странная парочка, — хмыкнул Шестаков, заметивший, что солдат в отличие от офицера неважно держится в седле.
— Зато появились очень вовремя, — улыбнулся в ответ мичман, представляя, как хорошо будет выглядеть на его груди орден святого Георгия.
— Будешь рапорт составлять, не забудь отметить этого солдата. А я с этим документом к его императорскому высочеству загляну. Полагаю, цесаревич не откажется перевести к нам столь ценного специалиста. Так что будь добр, не жалей похвал в адрес служивого. Кстати, как его зовут то?
— Э… Дмитрий Блудов, кажется…
— Блудов?
— Представь себе, бастард графа Блудова!
— Однако!
* * *
*Голландка — белая матросская рубаха с синим форменным воротником.
**Барановка. — Винтовка системы Альбини-Баранова, принятая на вооружение в Российском флоте.
***Винтовки систем Крнка, Альбини-Баранова и Карле, получались путем переделки дульнозарядных винтовок образца 1857 года.
Глава 7
К сожалению, Будищев не ошибся в своих предположениях. Полковник Буссе заметил отсутствие подпоручика и нельзя сказать, чтобы очень уж ему обрадовался. Подпоручик попытался оправдаться, но старик не стал его и слушать, а велел вместо охотничьей команды принять похоронную и отправляться вместе с ней хоронить тела павших при штурме русских солдат и офицеров. Несколько таких команд посланных от Болховского полка занималось уборкой трупов целых два дня. В одну из них, как и следовало ожидать, угодил и Дмитрий вместе с неразлучным Федором. Только теперь им стало ясно, с каким ожесточением происходила эта битва. Весь склон был просто усеян телами павших. Кроме того, немало солдат утонуло при форсировании Дуная и теперь их трупы то и дело всплывали внизу по течению.
В этой скорбной работе русским воинам с охотой помогали местные жители. Большинство мужчин, правда, ушли в формируемые из болгар дружины ополчения, но старики, женщины и даже дети, находили павших, помогали их собирать и наравне с солдатами копали могилы.
Вдоль лежащих рядами мертвых тел, ходил с кадилом в руках отец Григорий и служил панихиду. Скорбное лицо его было полно мрачной торжественности, а и без того громкий голос казался особенно проникновенным. В службе ему помогали местные священники, отпевавшие павших за их свободу солдат и офицеров.
— Прими Господи души новопреставленных рабов твоих, павших за веру — широко перекрестился Шматов, наблюдая за службой.
— Хорош причитать, — оборвал его товарищ, — давай закончим, потом намолишься всласть!
Будищев к удивлению многих, вызвался хоронить убитых турок. Сам для себя он объяснил это тем, что рядом с турками не было видно болгар. Местные жители, всякого натерпевшиеся за века турецкого ига, разумеется, не горели желанием заниматься похоронами своих врагов, и потому рядом с ними их почти не наблюдалось.