Самодовольное лицо юнца было уже на расстоянии вытянутой руки, когда я ощутил, как невидимый груз лёг на плечи, замедляя моё движение. В попытке достать я швырнул кристаллический кинжал вперёд, чтобы хотя бы он достиг цели.

Под ногами вспыхнул энергетический рисунок. И вновь божественная энергия явила свою ультимативную мощь. Невидимое сопротивление усилилось до неимоверной площади, поглотив всю силу моего навыка.

Мы словно оказались в безвременье. Я застыл без движения на расстоянии вытянутой руки от ублюдка, ощущая себя словно муха в янтаре. Кинжал остановился на расстоянии ладони от его лица.

Не двигался и божок. Его взгляд застыл на острие кинжала. На мгновение на лице, кажется, ещё было заметно напряжение. А потом оно вновь приняло то раздражающе-глупое выражение.

— Фух! Это было близко! — он выдохнул в притворном испуге. — И кстати.

Продолжая свою пантомиму, он отошёл с пути движения кинжала и преувеличенно внимательно осмотрел его.

— Знакомая штука, — усмехнулся он. — Кажется, я это уже видел.

Он поднял свой кинжал, оказавшийся один в один похожим на мой. После этого божок хотел было взять мой за рукоять, но отдёрнул руку, словно обжегшись.

— Низкоэнергетический заряд с сверхплотным ментальным осадком, — он бросил на меня уважительный взгляд. — Неплохая штука. Пожалуй, изучу на досуге.

Кинжал покрылся коконом энергии, после чего, не касаясь, скрылся где-то за полами безразмерного плаща.

Божок благодарно кивнул мне. То, что я никак не реагировал и не говорил ни слова, совершенно не смущало моего собеседника.

Всё это время я изучал оковы, что не давали мне дернуть и пальцем. У меня уже были успехи в сопротивлении божественной силе, однако на этот раз ловушку подготовили с большим старанием.

Источником эффекта, разумеется, был энергонасыщенный рисунок, линии расходились по всему чертогу. Он давил с постоянной высокой плотностью. Излучаемая им энергия таила в себе множество компонентов, в том числе и атрибутивные. Это была сложнейшая ловушка, на подготовку которой ушло много времени и ресурсов.

— Если ты отошёл от гнева, предлагаю перейти к торгу, — посерьезнел божок. — Да, ты умрёшь, Коготь, но думаю, не секрет, что смерть может быть разной.

Он отодвинул рукав плаща, обнажая руку. Моему взгляду открылось нечто уродливое. На коже выше запястья выделялись неприятные наросты в виде лиц. Они корчились, словно испытывали ужасные мучения.

— Я далеко не самый сильный из богов, — произнёс парень. — Но, как и все мне подобные, мы знаем толк в душевных муках.

Неизвестно, чего хотел добиться божок. Я ощутил как к горлу подступает ярость. Сейчас меня ни много ни мало убеждали, что надо умереть. Захотелось хоть как-то выразить свою ненависть, хоть плюнуть в лицо уроду.