Мы остановились недалеко от казарм, дав мне выйти. Распутин опустил окно:

— Дамир, в казарме на втором этаже подготовлена ваша одежда, спросите сержанта Вострикова, он покажет. Переоденьтесь и идите на стадион. Бег, разминка. Ну, вы сами знаете, я присоединюсь через двадцать минут, нужно предупредить людей, что мы займем полигон на несколько часов, — дал мне наставления Гвардеец.

— Приказ понял! — шутливо отсалютовал я.

— Комик, — улыбнулся мне Распутин. Машина тронулась в сторону зданий администрации.

А я направился в казарму. У входа стояли двое. Судя по всему, один был офицером, а другой обычным солдатом, который служил у нас в охране и гвардии. И, как это принято, один отчитывал другого.

— Петров, не смей курить возле крыльца! Что тебе непонятно? Вчера же довели приказ быть готовым к встрече с князем!

— Так это, где мы, а где князь? — оправдывался второй.

— Ты издеваешься, что ли? Бегом марш в казарму и носа не смей показывать!

— Есть, носа не показывать! — и убежал в здание.

Повернувшись ко мне, лейтенант, судя по лычкам, сказал:

— Молодой, тебе что, отдельное приглашение нужно? Бегом!-и, попытавшись придать мне ускорение с помощью пинка, пошел в сторону администрации.

Вот, наверное, для таких случаев сестра и говорила, что мне нужно прицепить какой-то значок рода к одежде, а Андрей Игоревич перед выездом осмотрел мою одежду с удивлением.

Пока поднимался на второй этаж, на ум пришел куплет песни, которую тот самый страус исполнял, когда попал в армии в одну из серий:

Писец, я в армии.

Оуо, теперь я в армии,

Теперь я в армии.

Оуо, я типа в армии.

Поднявшись на этаж, я спросил у дневального, где мне найти сержанта Вострикова. Он указал мне в сторону каптёрки.

— Товарищи, сержанты чаёвничают, — отрапортовал солдат и махнул рукой в левую сторону.

Я кивнул и направился туда. Постучав в дверь и подергав ручку, я понял, что она заперта изнутри. Мне пришлось постучать настойчивее.

Дверь открыл огромный шкаф два на два с лычками младшего сержанта.

— Молодой, ты что, охамел? Что тебе нужно? — спросил он.

— Мне нужен сержант Востриков. Распутин должен был предупредить о моем приходе.

— Ха-ха, а ты шутник, малёк. Чтобы Распутин лично кого-то предупреждал о каком-то молодом? Вот умора, пацаны, вы слышали, что малёк говорит?

— Араухов, пропустите гостя, — подошел к нему другой офицер, такой же высокий и сильный, но с лычками старшего сержанта.

— Дамир Александрович? — спросил он меня и, получив кивок, продолжил: — Проходите, мы вас уже ждем.

— Ваше благородие, простите, я не узнал вас, — извинился младший сержант.