Думай, Владимир, думай. Что я могу? Как выскользнуть из этой западни?
Я на ходу начал анализировать происходящее.
Предположим, в схему Щербатова вовлечён тот мужик, что стоял у макета, но как он тогда мешал жеребьёвке? При помощи барабана? А это возможно? Нет, подобного рода махинации были нередки в каком-нибудь казино. Но проворачивать такое под носом у воеводы? Маловероятно.
Он такой же Стратег. Он бы наверняка заметил что-то неладное. Если только он сам не вовлечён в происходящее… Я посмотрел на его Статус.
Имя: Родион Загорный
Отношение: равнодушие
Либо воевода не имел понятия о том, что творилось за его спиной, либо знал, но сохранял ледяное спокойствие. Во втором случае моя карта была бы бита вне зависимости от обстоятельств. Но если воевода действительно незаинтересованная сторона? Тогда у меня оставался шанс выйти сухим из воды.
Главная проблема — это служащий, стоящий у макета. Я подозревал, что именно он влиял на работу «светляков». Да, сам макет был магическим артефактом. Но кто сказал, что на него нельзя воздействовать той же наукой! С чего я вообще решил, что магия в этом мире всесильна?
Подобно первому уроку химии, где дети добавляют химические вещества в огонь и наблюдают за реакцией, служащий мог незаметно для всех повлиять на решение артефакта.
Бросишь в пламя поваренную соль — огонь станет жёлтым. Закинешь медь, и искры приобретут изумрудный оттенок. А стоит лишь добавить кальций… И «светляки» станут красными.
Теперь главный вопрос, когда это происходит? В момент вращения барабана все, кроме Стратега, от него демонстративно отходят. Значит, повлиять на исход можно только до старта. И этот момент уже прошел.
Застыв у первой ступени, ведущей на сцену, я принял решение.
— Ох, что-то мне нехорошо, — я схватился за голову, застыв перед лестницей на сцену.
— Что? Ты издеваешься? — возмутился Щербатов, идущий следом. — Иди давай на сцену!
— Я серьезно, — приложил я ладонь ко рту. — Кажется, я перебрал с медовухой.
— Ты к ней даже не подходил! — повысил голос Щербатов, уж больно взволнованный моей задержкой. Неужели я нащупал то, что нужно?
— Значит, перепил кваса, — я сделал шаг назад и столкнулся спиной с Мартином. Парень зашипел, попытался меня оттолкнуть, но было уже поздно. Мы привлекли внимание высокого начальства. — Живот прихватило. Ой-ой-ой!
— Что у вас там происходит? — скосил на нас взгляд воевода. Щербатов застыл, как кролик перед удавом.
— Мне нездоровится, господин воевода, — тяжело вздохнул я. — Позвольте достопочтенному господину за мной пройти вперед, чтобы я смог отдышаться и собраться с мыслями.