Она внимательно осмотрела рану. В памяти вспыхнули обрывки уроков лекарского дела — неглубокие, поверхностные, но достаточные, чтобы понять: нужно действовать.
Рядом всхлипнула Мариам. Оглядевшись, Трианна повернулась к разбойникам.
— Мне нужен нож, — твёрдо сказала она.
Бандиты уставились на неё с изумлением. Раненый что‑то бросил, остальные расхохотались. Никто не спешил выполнять просьбу.
— Вы хотите, чтобы он выжил? Вам ведь нужны деньги, — прищурившись, произнесла принцесса. — Если ему не помочь, он умрёт.
Тот, что говорил на ирилльском, резко бросил что‑то товарищам и, шагнув к Трианне, протянул нож.
Раненый что-то рявкнул.
— Гар бех три матен, — прозвучало в ответ, и внезапно сильная рука схватила Трианну за шею сзади. Мариам вскрикнула, а разбойник снова перешёл на иррильский: — Одна глупость с твоей стороны, девка, и твоя тонкая хрупкая шея сломается в моих руках. Ты меня поняла?
— Да, — прошипела она сквозь зубы.
Он отпустил её, снова протянул нож. Трианна взяла его, не отрывая взгляда от мужчины. Тот буркнул что‑то, выпрямился и отошёл на пару шагов.
Собрав волю в кулак, принцесса повернулась к нему спиной и приступила к делу.
Первым делом разрезала одежду Чоксо, обнажив рану. Всё было залито кровью, трудно было разглядеть детали. Вдруг над головой появилась фляга. Трианна подняла глаза — один из разбойников молча протягивал её.
Открыв крышку, она принюхалась. Резкий запах ударил в нос, заставив закашляться. Бандиты за спиной рассмеялись. Это не вода — крепкий алкоголь.Но это даже лучше. Вода лишь смыла бы кровь, а это — продезинфицирует рану.
Нужно было чем‑то перевязать. Не найдя иного выхода, Трианна начала обрывать рукава своего платья. Взяв флягу, она плеснула огненную жидкость на рану.
Чоксо застонал, попытался подняться.
— Помоги! — бросила она Мариам.
Девушка резко смахнула слёзы — будто стёрла их с лица невидимой ладонью. Руки твёрдо легли на плечи вакхалийца, удерживая его на земле. Убедившись, что он больше не пытается подняться, принцесса вновь склонилась над раной.
Оторванный рукав платья послушно лёг в руки. Осторожно, почти нежно, она начала вытирать кожу вокруг раны, смывая кровавую пелену. Пропитанную кровью ткань отбросила в сторону, взяла вторую.
Когда поверхность раны наконец обрела хоть какие‑то очертания, Трианна вскочила на ноги. Бандиты мгновенно напряглись — один даже вскинул лук. Но девушка не собиралась бежать.
Замахнувшись ножом, она принялась кромсать подол юбки. Разбойники расслабились, разразились грубыми шутками, засвистели, когда показались стройные девичьи ноги.