— Осторожнее! Тут лужа, — предупредил Кай, и спрыгнул с лестницы. Внизу, подо мной, действительно маслянисто поблёскивала вода. Я примерился, оттолкнулся, и прыгнул в сторону — туда, где было сухо.
Вздохнув с облегчением, я машинально посмотрел наверх. Но, конечно же, ничего не увидел. За нами никто не следовал.
— Не похоже, что эвакуация началась! — заметил я.
— Возможно, повреждения здания не такие страшные, как мне вначале показалось.
— С чего ты взял, что это атомный взрыв?
— Я почувствовал, — улыбнувшись, ответил Кай, — у меня кожа модифицирована. Я чувствую электромагнитные поля. А тут меня как будто ошпарило. Это был электромагнитный импульс. Это из-за него электричество вырубилось.
— Да как такое вообще возможно⁉ — я едва не перешёл на крик, сказывалось эмоциональное напряжение. Все произошло слишком стремительно, — я ведь читал про планетарную оборону! Бомбардировка возможна, только если её полностью смяли. Если у них вдруг появилось подавляющее военное превосходство!
— Не думаю, что это была орбитальная бомбардировка, — Кай пожал плечами.
— Как ещё можно устроить атомный взрыв на военном объекте⁉
— Готов спорить, что это была диверсия. Причем операция, подготовленная в большой спешке. Своего рода жест отчаяния, — Кай пожал плечами.
Всё-таки поразительно, как ему удавалось сохранять спокойствие, зная, что там, наверху, совсем рядом только что разверзся атомный ад.
— Почему так думаешь? — спросил я, отряхиваясь.
— Потому, что мы живы, — он пожал плечами, — значит, их агентура не смогла подобраться слишком близко. Они знали, где мы — но деталей нашего перемещения у них не было. Им пришлось рискнуть. И они проиграли.
— Такое… уже происходило раньше? — предположил я.
— Что ты! — Кай округлил глаза, — совершенно уникальная ситуация. Поэтому я очень волнуюсь за нашу миссию на Венеру. Должно быть, она имеет значение просто невероятной важности. Наверно, поэтому нас до сих пор не посвятили в детали.
Я решил, что пересказывать свой недавний разговор с Волком прямо сейчас не стоит. Не время и не место. Вот когда выберемся, тогда… А ведь коммодор наверняка погиб!
— Допустим, — сдержанно сказал я, — но сейчас-то что делать? Есть план? Куда дальше?
— В сторону от города, — ответил Кай, и сделал приглашающий жест, — я неплохо изучил план здешних подземелий. Мы сейчас в камере, где когда-то стоял подземный комбинат. Его, конечно, давно разобрали — на сырье. Местные выработки истощились. Отсюда есть выход на нижние горизонты, а там — проход аж до самого перевала Барьерного хребта, — он посветил фонариком по сторонам; всюду был камень, покрытый трещинами и кое-как валяющимися осколками породы.