— Никогда не думал, что скажу такое, но не хотел бы я сейчас оказаться на месте Яромира или князя… Про наших молодцев, что пост у его избушки оставили, я вообще молчу! Они, считай, покойники! Или калеки… Ещё ведь, кстати, неизвестно, что хуже… — пробубнил себе под нос Зареслав, провожая взглядом свирепого исполина и его белобрысого приятеля.
— Зачем ты взял с собой секиру, вулкан огнедышащий? — между тем обеспокоенно молвил Емельян, опасливо косясь на стремительно идущего к дворцу Святослава угрюмого друга. — Прошу тебя, только не пори горячку…
— Не трухай, балбес, — бросил ему на ходу сурово Ратибор. — Я буду сама любезность!
— Ну-ну… — горестно вздохнул молодой повеса, предчувствуя надвигающуюся бурю. — И с чего ента меня терзают небольшие сомнения?.. Можно сказать, совсем малюсенькие…
— Хорош гундеть, Емеля! — раздался грозный рык в ответ. — Ни одного хомяка не пострадает! Наверно…
— Я тебя только об одном прошу, Ратик! Ты сначала спрашивай, а потом бей, а не наоборот! — взволнованно шмыгнул носом бравый летописец. — Иначе мы так никогда ничего не узнаем…
— Умолкни, писарюга!.. Яйца курицу не учат!
— Э-э-э, я правильно понимаю, что ты сейчас сравнил меня с яйцом, а себя — с курочкой⁈ Не, я-то чего, я не обиделся… Ведь яичко по имени Емельян, это такая обыденность нынче! Но вот цыпочка по кличке Ратиборушка, это определённо была бы местная знаменитость…
— Да захлопнись, Емеля, пока я тебе по маковке чем-нибудь не тюкнул!.. Не зли меня! Не сейчас! А то до князя Емельян по прозвищу Яйцо точно не докатится целым и невредимым!..
— Не могу остановиться, уж прости! Тем более ты всё перепутал, топтыга! Наоборот же, яйцо по прозвищу Емельян! Хотя… Как ты считаешь, Ратибор по кличке Несушка и цыпа с имечком Ратик, это ведь разные вещи?.. Или в твоём случае — нет?..
— Эка тебя понесло, пустомеля! Если не хочешь, чтоб в довесок ещё и пронесло не по-детски…
— Цып, цып, цып…
— Ну не дрянь, а⁈ Изыди, козюлька приставучая!..
— Не дрянь я…
— А-р-р-р, загрызу!..
— Не брезгуешь козюлькой-то… Ой! Больно же! — княжий племяш обиженно потёр темечко. — Щелбан-то за что⁈
— За дело, Емеля! За дело!
Глава 3 Ты что себе позволяешь⁈
— Ты чего, Рат?.. Что стряслось⁈ — Яромир, восседавший за одним столом со Святославом, оторвался от нежнейшего мяска молодой лани, с неприкрытым удовольствием им уплетаемого за обе щёки, и с удивлением и плохо скрываемым беспокойством уставился на могучего товарища, мощным пинком отворившего дверь в обеденный зал и угрюмо направлявшегося в их сторону. В руках Ратибор крепко сжимал любимую секиру, а позади него маячил не на шутку встревоженный Бронислав с несколькими дружинниками.