Сын уже ждал в кофейне. Сидел, обхватив кружку двумя руками, и бессмысленно таращился на кофейную гладь.

Красивый парень. Не обделен ни внешностью, ни ростом, ни обаянием. Только набалованный до одури и уверенный, что все вокруг должно вращаться возле него.

— Привет, — я села напротив него и жестом подозвала официантку, — мне пожалуйста, американо и немного молока.

— Здравствуй, мам, — сконфуженно сказал сын.

Вблизи стало видно, что выглядел он не так уж и хорошо. Посерел, обзавелся синяками под глазами и весь облик был какой-то помятый.

— Как дела? — спросила я.

Он замялся, будто не зная, что говорить, а потом сник и обреченно выдал:

— Плохо.

— Проблемы в институте? Или в спорте?

Он удрученно покачал головой:

— Дома.

Я не была уверена, что хочу это слушать, но все-таки спросила:

— Ну и что у вас там стряслось?

— Отец с Вероникой разводятся.

— И только-то?

Он вскинул на меня беспомощный и в то же время недоверчивый взгляд, а я равнодушно пожала плечами и добавила:

— Не они первые, не они последние. По своему опыту знаю.

— Мам, ты не понимаешь.

— Не понимаю, сын, — согласилась я, — если ты пришел поплакаться, что папка разводится со своей новой женой, которая вам всем так нравилась, то боюсь, ты обратился не по адресу.

Оказывается, когда сразу озвучиваешь позицию, а не мямлишь и не пытаешься быть деликатной, чтобы сохранить чужое душевное равновесие в ущерб своему собственному, сразу становится легче дышать.

— Она оказалась совсем не такой хорошей, как мы думали.

Ну вот, еще один разочарованный юнец, которого Звезда обидела. Кажется, у Ланских это семейное.

— Видели глазки, что рученьки брали…

Я специально не спрашивала о том, чего же такого натворила распрекрасная Вероника, раз мой сын и бывший муж в таком пришибленном состоянии. Мне было не интересно.

Но Артём всегда отличался болтливостью, поэтому и без моих вопросов выпалил неожиданное:

— Она изменяла моему отцу! Мы поймали ее с поличным! Прямо верхом на…

— Ну…— я растерянно потерла бровь, — бывает.

У Артёма аж лицо вытянулась, когда он это услышал.

Что поделать, мой мальчик. Что поделать…

В жизни действительно бывает все. И предательство, и разочарование, и неприятные последствия беспечных поступков, и горькие уроки. Ты просто не сталкивался в этим прежде. Тебя берегли. Я берегла.

Испытывала ли я в этот момент злорадство? Нет. Какая мать будет злорадствовать над своим собственным ребенком? Что бы между нами не произошло, я желала ему счастья. Я всегда буду желать счастья всем своим детям.

Испытывала ли я жалость? Тоже нет. Пришло время взрослеть. Пусть процесс неприятный и болезненный, но пора.