— Просто спросил.

И снова этот тон. Мягкий. Осторожный. Будто он всё ещё имеет право знать о ней всё.

— Я на работе.

На том конце повисла пауза.

— Ты устроилась работать?

Будто Артём не ожидал, что она вообще способна жить без него. Это неприятно кольнуло.

— Да.

— Куда?

— В офис.

Она не хотела говорить про автомойки. Не хотела объяснять ничего.

Но Артём всё равно спросил:

— Тебе нужны деньги?

И вот тут внутри резко вспыхнуло раздражение. Опять. Снова это ощущение, будто он смотрит

на неё как на растерянную женщину, которую нужно жалеть.

— Мне не нужны твои деньги.

— Я не это имел в виду.

— Спокойной ночи, Артём.

— Подожди.

Она молчала.

— Ты правда уже не хочешь меня видеть?

Вопрос оказался неожиданно тяжёлым. Потому что какая-то часть Алины всё ещё любила его.

Несмотря ни на что. Но рядом с этим чувством теперь стояло другое. Унижение. Она вспомнила

взгляд Давида сегодня. Спокойный. Внимательный. Без брезгливости. Без раздражения. И

почему-то именно это помогло ответить:

— Не знаю.

Алина сбросила звонок и быстро пошла дальше.

Остановка почти опустела. Ветер тянул холодом, где-то вдалеке шумели машины. Она уже

собиралась написать Лере, когда рядом резко остановился чёрный внедорожник.

Алина вздрогнула.

Стекло плавно опустилось.

Давид.

Сердце ударило слишком резко.

Он смотрел на неё спокойно.

— Почему одна?

Алина растерянно моргнула.

— Я... домой еду.

Он коротко перевёл взгляд на пустую остановку. Потом снова на неё.

— Садись.

Никакого вопроса. Алина почувствовала странное напряжение.

— Не нужно, я на автобусе.

— Поздно.

— Тут недалеко.

— Алина.

Низкий голос прозвучал спокойно. Но спорить почему-то сразу расхотелось.

Алина осторожно села и пристегнулась. Давид тронулся с места.

Несколько минут они ехали молча. Он первым нарушил тишину:

— Почему не вызвала такси?

— Не люблю тратить лишние деньги.

Давид коротко посмотрел на неё.

— Ты всегда экономишь на себе?

Алина отвернулась к окну.

— Не всегда.

Ложь. Давид больше ничего не сказал. Но почему-то именно после этой короткой фразы внутри

снова появилось неприятное ощущение, будто он видит её намного внимательнее, чем хотелось

бы.

Машина остановилась возле дома. Алина потянулась к ремню.

— Спасибо.

Давид коротко кивнул.

Она уже собиралась выйти, когда услышала:

— После работы одна больше не ходи.

— Вы всем сотрудницам это говорите?

На секунду в тёмных глазах появилось что-то похожее на усмешку.

— Нет. Только тебе.

---

К концу второй недели Алина начала замечать странную вещь.

Она больше не боялась утра.

Раньше пробуждение приносило только тяжёлую пустоту и автоматическую мысль о том, что