— Фоном.

— Это не объяснение.

— Я никогда не пытался объяснять словами.

Я подождала.

Кайран потер грудь, будто искал место.

— Представь, что много лет живешь рядом с рекой. Даже ночью слышишь воду и перестаешь замечать. Потом однажды просыпаешься, а река исчезла.

Я замерла.

Не из-за красоты сравнения.

Потому что понимала.

— Тишина.

— Да.

— Больно?

— Нет.

— Страшно?

Он усмехнулся.

— Да.

Честный ответ.

Я завязала повязку.

— Элвар сможет помочь?

— Не знаю.

— Совет?

— Совет будет требовать решение.

— Какое?

Кайран посмотрел на меня.

— То, которое хотел с самого начала.

Мне не понравилось.

— Вернуть детей?

— Теперь иначе.

— Что значит иначе?

— После того что сделала Велара, принуждение открыто никто не предложит. Но они будут искать способ закрепить связь официально.

— Через наследование.

— Возможно.

— Ты уже знаешь.

— Пока только предполагаю.

— Кайран.

Он вздохнул.

— Ровен еще до ритуала говорил об экстренном признании детей наследниками. Если связь со мной почти исчезла, Совет решит, что нужно укрепить правящий дом через следующий круг крови.

Я почувствовала злость.

— Они вообще что-нибудь поняли?

— Некоторые да. Некоторые видят стаю на грани распада и хватаются за привычный порядок.

— Дети не останутся здесь.

— Знаю.

— Не "знаю", а услышь: завтра, если Мара разрешит дорогу, мы уезжаем.

Он долго молчал.

— Хорошо.

Я ожидала спора.

Не получила.

— Даже если Совет потребует?

— Даже если.

— А ты?

— Я не буду удерживать.

— Хорошо.

Он надел рубашку, осторожно, чтобы не задеть плечо.

— Ты вернешься с нами в Речной Дол?

Вопрос вырвался раньше, чем я успела решить, хочу ли его задавать.

Кайран замер.

Я сама удивилась.

— Я имею в виду из-за детей. Если связь почти исчезла и тебе нужен покой...

— Нет.

Ответ был быстрым.

Внутри что-то неприятно дернулось.

Он продолжил:

— Не потому, что не хочу.

Я подняла взгляд.

— А почему?

— Потому что Серый Хребет сейчас мой долг.

Почти семь лет назад.

Те же слова могли бы прозвучать.

Он увидел, что я подумала.

— Не так.

Я молчала.

— Тогда я использовал долг как причину бросить семью. Сейчас вы можете уехать свободно. Я не прошу остаться. Не прошу детей спасать стаю. Но я сам не могу уйти в момент, когда люди не знают, что будет завтра.

Я медленно выдохнула.

Это действительно было не то же самое.

И мне было важно видеть разницу.

— Хорошо.

— Когда разберусь...

Он остановился.

Не стал обещать, что приедет.

Я заметила.

— Что?

— Ничего. Сначала разберусь.

— Правильно.

Кайран встал.

Хотел уйти в главный дом.

В дверь постучали.

Три коротких удара.

Я сразу напряглась.

Кайран открыл.

На пороге стоял Ровен.

Без плаща, волосы мокрые от дождя.