Кайран остановился.
— Скажу.
— И не только серебряных волков.
— Хорошо.
Леон ушел наверх.
Кайран смотрел ему вслед.
— Семь лет.
Я сразу поняла.
— Не начинай.
— Не буду.
Он ушел.
Я закрыла дверь и вернулась к столу.
На рисунке были три волка.
Первый темнее.
Двое светлее.
А над ними три круга, которые мы все приняли за луны только потому, что Ровен когда-то назвал их так.
Я провела пальцем по копии.
Иногда правда не исчезала полностью.
Иногда от нее оставалось достаточно, чтобы понять: кто-то очень постарался, чтобы остальные не увидели целого.
Глава 10. Лунная тройка
На следующее утро Мара не пришла открывать лечебницу.
За семь лет такое случалось всего несколько раз, и каждый раз причина оказывалась достаточно серьезной, чтобы я не задавала лишних вопросов. Однажды она сломала руку, свалившись с чердака. В другой раз всю ночь принимала роды в доме за рекой. Еще был случай, когда она просто проспала после трех суток почти без отдыха, но об этом Мара запрещала вспоминать.
Сегодня ее дверь была заперта.
Я дважды постучала, подождала и вернулась домой.
— Она заболела? — спросил Марк, когда я вошла на кухню.
— Не знаю.
— Ты же целительница.
— Именно поэтому сначала нужно увидеть человека, а потом ставить диагноз.
Он задумался, потом признал:
— Логично.
Лея сидела у окна с книгой, Леон пытался починить деревянную застежку на своей сумке. После первого обращения я еще несколько дней не разрешала ему ходить в учебный дом. Он возмущался, но не слишком сильно. Рана на боку уже затянулась тонкой розовой полосой, хотя у обычного человека на это ушло бы гораздо больше времени.
У Марка когти больше не появлялись. Он проверял каждое утро и очень старался делать это незаметно.
Получалось плохо.
Лея, наоборот, относилась к своему пробуждению с раздражающим спокойствием. Серебристый след на руках появился вчера вечером, когда она рассердилась на Марка за испорченную закладку. Девочка посмотрела на светящиеся под кожей линии, показала мне, дождалась, пока они исчезнут, и вернулась к книге.
Иногда мне хотелось спросить, точно ли ей семь.
Потом она начинала спорить с братьями из-за места за столом, и сомнения исчезали.
— Сегодня все остаются дома, — сказала я.
Марк сразу поднял голову.
— Почему?
— Потому что я хочу наблюдать за вами еще хотя бы день.
— За мной ничего не происходит.
— Отлично. Продолжим наблюдать, как ничего не происходит.
— А если завтра тоже ничего?
— Тогда поговорим.
— А если послезавтра?
— Марк.
— Все, понял.
Леон не вмешивался. Он аккуратно затянул кожаный шнурок на сумке и попробовал застежку.
— Кайран придет?