— Это тоже нормально.
Марк спустился через несколько минут и первым делом спросил:
— Мы едем?
— Доброе утро.
— Доброе. Мы едем?
— После осмотра.
— Мара уже смотрела вчера.
Леон тихо сказал:
— Я говорил.
— Что?
— Ничего.
Лея появилась последней.
Увидела сундуки.
— Значит, точно домой.
— Если никто за завтраком не начнет превращаться, — сказала я.
Марк посмотрел на руки.
— Я не собирался.
— Даже не пробуй проверить.
— Я просто посмотрел.
Мара вышла из комнаты, завязывая волосы.
— Кто сегодня первый пациент?
Марк сразу спрятал руки под стол.
— Никто.
— Отлично. Тогда начнем с тебя.
— Почему со мной?
— Потому что самый подозрительный.
— Это дискриминация.
Лея села рядом.
— Ты вчера хотел вызвать коготь специально.
Марк резко повернулся.
— Ты обещала не говорить!
— Я ничего не обещала.
— Я спросил, скажешь ли ты маме.
— А я ответила "посмотрим".
— Это почти обещание.
— Нет.
Я подняла руку.
— Что ты делал?
Марк посмотрел на сестру с настоящим предательством.
— Ничего.
Мара подошла.
— Тогда руки.
Он тяжело вздохнул и протянул.
Осмотр занял почти час.
Новых признаков не было.
Мара проверила пульс, температуру, реакцию глаз на свет, заставила Леона пройтись по комнате и долго рассматривала серебристые полосы, которые ненадолго появились на запястье Леи.
В конце объявила:
— Ехать можно.
Марк вскочил.
— Я пойду скажу Оскару!
— Сначала завтрак.
— Я быстро.
— Сядь.
Он сел.
— Все взрослые здесь очень любят это слово.
— Потому что ты очень любишь вставать.
После завтрака я отправила детей собирать последние вещи.
Сама вышла во двор.
Гостевой дом стоял немного в стороне от главных дорог резиденции, но сегодня даже здесь чувствовалось движение. Люди шли к большому залу и обратно. Гонцы выезжали за ворота. У главного корпуса менялась стража.
Никто не выглядел так, будто стая разрушилась за одну ночь.
Может быть, именно это Серому Хребту и требовалось понять.
Потеря старой связи не была концом мира.
Людям просто придется перестать считать ее единственным способом оставаться вместе.
— Рано встала.
Я обернулась.
Кайран шел по дорожке со стороны главного дома.
Без знака Альфы.
Вчера я уже видела его таким, но сегодня заметила изменение сильнее.
Он не был слабее.
Не стал меньше.
Просто больше ничего не стояло между ним и остальными людьми как постоянное напоминание о положении.
— Мы собираемся, — сказала я.
— Знаю.
— Откуда?
— Оскар.
— Он быстрее почты.
— Иногда это проблема.
Кайран остановился в нескольких шагах.
Плечо, судя по движениям, еще беспокоило.
— Как дети?
— Мара разрешила дорогу.
Он кивнул.
— Хорошо.
— А Серый Хребет?
На лице появилась усталость.