— Пришли копии.

— Не все книги можно вывозить.

— Тогда читай сам.

— И еще есть вопрос безопасности.

— Опять.

— Теперь уже не только обращения.

Он подошел к окну.

— Вчера наш отряд заметили на северной дороге. Если другие стаи поймут, что я лично приехал сюда из-за пробуждения ребенка...

— То что?

— Начнут задавать вопросы.

— Пусть.

— Алира, трое детей Альфы, которых семь лет считали беззверными, внезапно пробуждаются после семи лет молчания. Один из них дает настолько сильный родовой отклик, что я чувствую его за несколько дней пути. Это не останется незамеченным.

— Ты сам сделал все, чтобы заметили. Приехал отрядом.

— Потому что не знал, что найду.

— Нашел дом.

— Да.

Его взгляд скользнул по комнате.

— Дом без охраны.

— У нас есть городская стража.

— Четыре человека ночью на весь квартал.

— Ты проверял?

— Да.

Я разозлилась.

— Ты ходил по городу ночью?

— Оскар.

— Какая разница?

— Большая. Я выполнял твое условие и оставался здесь.

— А он считал стражников.

— Мы должны знать, насколько безопасно место.

— Вы ничего не должны знать.

Кайран устало потер переносицу.

— Я понимаю, почему ты злишься.

— Нет, не понимаешь.

— Тогда объясни.

— Ты приехал вчера вечером. Прошло меньше суток. И уже решил проверить мою охрану, оценить дом, назвать Речной Дол небезопасным и предложить забрать детей туда, откуда их однажды выгнали.

— Я не предлагаю забрать детей без тебя.

— Какая разница?

— Огромная.

— Для тебя.

— Для всех.

Я подошла ближе.

— Ты ничего не понял.

— Что именно?

— Утром ты честно ответил Лее. Я даже подумала, что, может быть, за семь лет ты научился хотя бы одному: не решать за других.

Кайран застыл.

— Я предлагаю.

— Нет. Ты уже говоришь так, будто решение очевидно. У тебя "нужно", "безопаснее", "мы поедем". Ты даже не спросил, чего хотим мы.

— Хорошо. Чего хочешь ты?

— Чтобы ты уехал.

— Кроме этого.

— Нет никакого "кроме этого".

Он резко выдохнул.

— А если Леону станет хуже?

— Я найду помощь.

— А если кто-то узнает о его пробуждении?

— Мы разберемся.

— А если придут за детьми?

Вот тут я остановилась.

— Кто?

— Не знаю.

— Тогда не пугай меня выдумками.

— Это не выдумки. Если цвет его глаз действительно имеет значение...

— Ты сам пять минут назад сказал, что не знаешь, что он означает.

— Именно поэтому нужно выяснить.

— Не в Сером Хребте.

— Почему?

Я посмотрела на него с неверием.

— Ты правда спрашиваешь?

— Да.

— Потому что семь лет назад там решили, что моим детям нет места.

— Решение было отменено бы в ту же минуту, когда Совет узнает о пробуждении.

Я почувствовала, как все внутри холодеет.

— Вот.