Не знаю, когда он вернется, но я на всякий случай готовлю и свой чемодан. Если он не съедет, то съеду я. Без вариантов. В отель заселюсь. А скоро займу наш загородный дом. Он будет моим. Если Костя не хочет, чтобы я пилила его компанию, то ему придется его мне уступить.
Не дожидаясь его, я все-таки собираюсь и выхожу из квартиры. Спускаюсь, сажусь в свою машину и, только я выезжаю за пределы жилого комплекса, вижу, как он прикатил. Он меня не увидел, кажется.
Давлю на газ и срываюсь дальше по дороге.
Через десять минут он мне звонит, когда я уже у стойки ресепшен, оформляю номер на несколько дней.
— Алло, — как ни в чем не бывало.
— Где ты, Лиля?
— Так и знала, что ты вернешься, и что мои слова для тебя пустой звук. Правильно сделала, что съхала.
— Куда?
— Не твое дело. Учти, я займу дом, когда ремонт закончится. А он на последнем этапе. Живи в квартире, если тебе пока неудобно свалить к матери своего ребенка.
Наверняка он к ним ездил, чтобы узнать не его ли любовница начирикала мне всю эту правду. Я удивлена, что она столько лет молчит. Видимо, запугал он ее очень сильно.
— Лилия, не сходи с ума. Вернись домой. Спокойно поговорим.
— У тебя шесть лет была возможность обсудить со мной твою, как ты говоришь, ошибку?.. Но ты предпочитал делать из меня дуру. Говорить будем, когда ты согласишься на развод. А пока я буду говорить с адвокатом.
— Лиля, уймись… это же бред. Мы любим друг друга.
— Нет, это я тебя любила. Доказательство тому: я ни разу ни с кем тебе не изменила.
— Я тоже тебя люблю! Но я мужик… И это правда была ошибка.
Девушка передо мной за стойкой слушает все это, оформляя мой запрос, и немо удивляется. Она и похуже слышала.
— Мужик? Но а я женщина. Теперь, когда ты мне противен, я тоже себе обязательно кого-нибудь подыщу. Кого-нибудь, кто меня осчастливит, как ты Марину.
— Перестань! — рычит.
— Я ведь не шутила, Чарский. Я правда считаю, что ты абсолютно бесполезный. Ты все эти годы плевал на мое желание снова забеременеть, потому что у тебя уже есть ребенок. Сын. Наследник.
— Да какой наследник, Лиль? Он просто ребенок.
— Да-да, конечно. Послушай, Чарский, не делай из меня идиотку. Я прекрасно знаю, что будет дальше. А я не намерена ни измену тебе прощать, ни терпеть твоего выродка, — сбрасываю. Да, вот такая я вот злая!
Забрав ключ, я поднимаюсь в свой номер и иду в душ, в котором зависаю надолго.
Когда выхожу, сразу беру телефон в руки.
Сколько звонков пропущенных... Один из них от его сестры, с которым мы, вроде как, дружим.
Никому не перезваниваю. Сушу волосы и ложусь в постель.