— Мне и сейчас безумно жаль, что у нас нет своего малыша! Но врач тебе не рекомендовал процедуру ЭКО. И ты здорова. Просто должно было пройти время… Я все еще надеюсь! Ты очень молодая женщина.
Угу, молодая. Двадцать девять лет мне. Ну да, впервые и постарше рожают, гораздо старше. Но от этого гада я рожать не собираюсь. Если бы я сейчас узнала о беременности, то… Нет, от ребенка я не избавилась бы. Не посмела бы. Но он бы не был его отцом.
— Даже не мечтай. С тобой у меня больше не будет никаких попыток.
— Лиля…
— Не приближайся, — за стол свой захожу и у окна делаю еще глоток кофе. Руки трясутся. Я так зла, что мне и правда хочется поехать туда, к бабе, с которой он ребенка настрогал, и разнести там все к чертовой матери.
Слышу, как Костя тоже делает себе чашку кофе, проходит к столу и садится напротив меня.
— Лиль, я люблю тебя. Только тебя, — начинает он свою песню. А я не хочу это слышать. Это просто пыль. Ничто. Когда любят, так не поступают. — И я тебе правду сказал. Я хотел признаться. Каждый раз откладывал. Я боялся тебя потерять.
— Что ж, пришел тот момент, когда нам все-таки придется расстаться.
— Так нельзя...
— Это почему? — оборачиваюсь. — Я ведь пустышка. Пустоцвет. Так твоя мать мне сказала?
— А ты помнишь, как я ей ответил?
Помню. Защитника врубил рьяного. Мне приятно было.
— А ты ее обрадуй. Скажи, что у нее внук есть. Ей предложи к нему поехать. Лариса Павловна ни за что не откажется. Меня при этом дерьмом облить не забудет. Я-то родить не смогла. Бракованная.
— Лиль, зачем ты так?
— А что я такого сказала неправильного? Бабушка должна знать о внуке. А ты меня к любовнице тащишь…
— Я с сыном хочу познакомить тебя. Можем сделать это в любом месте. Хоть у нас дома.
— Отлично… — усмехаюсь. — Ты все-таки хочешь притащить его в наш дом.
— Я просто хочу… — пытается обуздать свой гнев на меня. Ведь прежде я со всем соглашалась, что бы он ни сказал. Только это не тот случай. — Лиль, я хочу все исправить.
— Это каким это образом?
Мне просто любопытно, что он сейчас мне выдаст.
— Миша — замечательный ребенок. Он тебе понравится. Ты будешь с ним общаться и…
Закрываю глаза и руку выставляю, говоря там самым: «стоп».
— Не буду я встречаться с твоим… Мишей, — говорю я твердо. — Для меня этот ребенок — результат твоего предательства. Никто больше он для меня. Я буду видеть его, и у меня все внутри переворачиваться будет.
Костя качает головой и осушает чашку с кофе наполовину. Затем ставит ее с грохотом и откидывается на спинку стула.
— И что ты… предлагаешь? Хочешь, чтобы я отказался от сына?