Пилоты — два молодых парня в комбезах — смотрели на нас с любопытством. Видно было, что возить целую московскую комиссию им не приходилось. Один из них, улыбаясь, сказал:

— Только аккуратно, товарищи, не зацепите оборудование. А то потом списывай винты и рули.

Мы расселись, как могли. Мячиков сел рядом со мной, ворчал, что всю жизнь мечтал о полётах, а теперь проклинает всё на свете. Кравцов устроился напротив, сложив руки на коленях, и закрыл глаза.

Когда моторы загудели, а самолёт начал разбег по полосе, Мячиков вцепился в пристяжной ремень так, будто это был его последний шанс спастись.

— Спокойно, — сказал я. — Я сам боюсь летать, но это ещё не турбулентность. Вот когда мы взлетим, и нас как следует начнёт трясти и болтать, то вот тогда…

— Да замолчи ты уже! И так тошно! — отрезал он, весь сжавшись словно пружина. — И ты, Васин, учти, что если разобьёмся — я тебя найду даже на том свете и выскажу всё, что думаю.

Угроза была скорее риторической и малоосуществимой, а потому я просто рассмеялся.

Взлёт оказался резким: нас всех слегка прижало к спинкам сидений, а потом мы оторвались от земли. Ил-76 набирал высоту, а по корпусу гулял холодный сквозняк. Минут через десять я уже чувствовал, как замерзают пальцы.

— Ну что, — сказал я громко, чтобы перекричать гул моторов, — кто в картишки?

— Ты что, с ума сошёл? — открыл глаза генерал Петров и посмотрел на меня как на инопланетянина.

— А что? — пожал я плечами. — Всё равно делать нечего. Так почему бы не зарубиться в «двадцать одно»? На деньги играть не будем, ибо какие могут быть у солдата деньги, а вот на спички — это другое дело!

К моему удивлению, через пять минут мы уже играли: спички нашлись у борттехника, который, ссудив нам пару коробков, сам играть отказался, но с интересом наблюдал за процессом, лишь изредка уходя в кабину к пилотам. Первым проиграл Кравцов, и теперь, по дополнительно введённым правилам, он должен был рассказать что-то смешное.

— Ну ладно, слушайте, — сказал полковник. — Ехали мы однажды на операцию, я был молодым лейтенантом. Наш водитель перепутал дорогу и привёз нас… на свадьбу — в деревне. А там уже столы накрыты, музыка играет. Ну, мы и решили — чтобы не обижать людей, зайдём.

— И что? — заинтересовался даже генерал.

— Поели, выпили за здоровье молодых, а потом… — Кравцов выдержал паузу, — задержали жениха. Он оказался тем самым объектом, за которым мы охотились.

— Что за объект? — не понял я.

— Да обычный для тех лет — диверсант, — пояснил Кравцов и буркнул: — На войне дело было.

Борттехник покачал головой и негромко произнёс: