— Не вынуждай меня применять силу, — произнёс тихо Кайр.

Я дёрнулась, пытаясь высвободиться, но он оказался быстрее. Его пальцы сомкнулись на моём запястье — не больно, но твёрдо, не позволяя вырваться. Он потянул мою руку на себя, и я, потеряв равновесие, качнулась вперёд, чуть не врезавшись ему в грудь. Во избежание подобного столкновения я сгруппировалась. Честное слово, изо всех сил, упираясь свободной рукой в его плечо, стараясь вывернуться. Но он был не только быстрее, но и сильнее. За моей спиной в кулаке была зажата брошь, которую он пытался достать, а я рьяно, со всем переполняющим меня отчаянием извивалась, не позволяя ему добраться до неё. В какой-то момент его вторая рука легла на моё плечо, прижимая меня к стене. Я оказалась в ловушке между холодным камнем и ещё более холодным некромантом, с бешено колотящимся сердцем и мыслью: «Ты влипла, Мираэль!».

А потом всё стало ещё хуже.

Хуже просто некуда!

Я не имею ни малейшего понятия, как это произошло. Может быть, я слишком порывисто повернулась в своих попытках увернуться. Может быть, он, пока стремился справиться с такой непослушной мной, наклонился слишком низко. А может быть, мы оба просто-напросто слишком неудачно замерли в одно и то же мгновение. Но факт оставался фактом. В какой-то момент я почувствовала его дыхание на своих губах. И он совершенно точно тоже ощутил моё. Наверное, именно поэтому его пальцы, сжимающие моё запястье, так явно дрогнули. Луна за окном заливала комнату серебряным светом, и в этом свете я видела, как расширились его зрачки, услышала, как сильно забилось моё сердце, словно в последний раз, угрожая пробить грудину и наконец вырваться на свободу. Я чувствовала, как его дыхание смешивалось с моим. И я не могла пошевелиться.

Это случилось.

Он меня поцеловал. Или я его?

Я не знаю точно. Может быть, мы оба качнулись в одно и то же мгновение, как две стрелки, которые встретились на циферблате в назначенный час. Его губы оказались очень холодными. Гораздо холоднее, чем я ожидала. Но этот холод странным образом не леденил, а сжигал. Как пламя, которое жжёт не жаром, а морозом.

Поцелуй вышел долгим. Каким-то недоразумением судьбы он длился гораздо дольше, чем можно было бы ожидать от случайного происшествия. Его пальцы на моём запястье поначалу сжались сильнее, а потом вдруг разжались. Ладонь скользнула вверх по моей руке к плечу и задержалась на мгновение у ключицы. Его осторожные, почти невесомые пальцы коснулись моей шеи, а по телу бежала дрожь, которую я не смогла контролировать.

Ужас! Абсолютный ужас!