— А зачем нам в некрополь?
— Потому что здесь ты сломала мой контур, — ответил Кайр. — И здесь мы всё исправим.
Глава 13
— Далеко ещё? — спросила я, не выдерживая.
Окружающая нас тишина стала совсем уж давящей, а звук моих шагов начал казаться подозрительным даже мне самой.
— Почти пришли, — ответил Кайр, не оборачиваясь.
— Ты это уже в прошлый раз говорил, — заметила я. — Сразу перед тем, как мы шли ещё минут десять. У тебя, по-моему, очень своеобразное понятие о слове «почти».
— Мы идём по древнему подземному некрополю, полному неупокоенных духов и тёмной энергии, — сухо произнёс он. — А тебя волнует точность моих временных оценок?
— Меня волнует, что ты затащил меня в подземелье, всё ещё толком не объяснив, куда мы идём, — парировала я. — И я до сих пор жду объяснений, между прочим. Ты обещал ответить на все вопросы.
— Я обещал ответить на них после, — поправил он.
— После — понятие растяжимое, — фыркнула я. — После чего? После того, как мы закончим? После того, как я поседею от страха? После того, как меня съест какая-нибудь подземная тварь?
— Здесь нет подземных тварей, — противопоставил Вэларис. — По крайней мере, активных. Я проверял.
Успокоило ли это меня? Вот уж ни разу!
— О, ну если ты проверял, тогда конечно, — пробормотала я ворчливо себе под нос. — Тогда я абсолютно спокойна. Можно считать, это просто прогулка по древнему некрополю с некромантом, который отказывается объяснять, что именно мы тут делаем. Идеальное утро. Ровно так я себе всё и представляла, когда подливала сыворотку правды тебе в чай, — скатилась на откровенное ехидство под конец.
Кайр хмыкнул, но ничего не ответил. Мы миновали ещё несколько каменных арок. Одна была мрачнее другой. Прошли мимо ритуального алтаря, покрытого таким слоем пыли и паутины, что в ней, кажется, можно было разглядеть очертания прежних жертв, и наконец вышли в огромный зал. И тут я увидела её.
Трещину.
Она зияла в дальней стене, как рана, которую кто-то нанёс самому мирозданию и забыл зашить. Огромная, неровная, расходящаяся от пола до потолка. Из неё сочилась Тьма. Именно с большой буквы, потому что для маленькой она была слишком величественна. Тьма была густая, пульсирующая, живая. Она струилась по камню, как дым, как вода, как нечто, чему не было названия ни в одном человеческом языке. От неё исходил до такой степени могильный, пробирающий до костей холод, что я невольно прижалась к некроманту поближе, поёжившись от пронизывающих ощущений. Затем и вовсе замерла, чувствуя, как сердце пропускает удар, потом ещё один, а потом инстинктивно пускается вскачь, пытаясь наверстать упущенное.