— Что это? — выдохнула я наконец.

На самом деле ответ уже начинал формироваться где-то в глубине сознания и отчаянно сигналил, что ничего хорошего он не сулит.

— Прорыв, — ответил Вэларис.

— Откуда он тут взялся? — ужаснулась я.

Вэларис помолчал, глядя на пульсирующую тьму, и я видела по его лицу, что он подбирает слова. Не для того чтобы солгать, солгать мне он в любом случае бы не смог. Но для того, чтобы объяснить то, что сам до конца не понимал, судя по тому, что я наблюдала.

— Точно никто не знает. Этой трещине несколько столетий. Она появилась задолго до того, как построили академию. В архивах её называют «Разломом Первой Тьмы» и связывают с какой-то древней битвой, о которой почти не сохранилось записей. Одни магистры считают, что это след от удара запретного заклинания, другие — что здесь пытались открыть портал в Нижние миры, третьи вообще утверждают, что это место проклято с момента основания Тайрина. Правды никто не знает. Известно только одно: раз в несколько десятилетий трещина становится активной, и её нужно запечатывать заново. В этот раз активная фаза началась раньше, чем ожидалось. А я… — он осёкся. — Я решил, что справлюсь сам.

Я перевела взгляд с лица Вэлариса обратно на трещину. Тьма всё так же струилась по камню, и в её глубине что-то мерцало — не свет, а его отсутствие, как будто сама реальность истончалась в этом месте.

Ужас. Абсолютный. Непроходимый. Ужас.

И нет, я уже только про Тьму. Но и про откровения некроманта:

— Я пытался запечатать её в тот день, когда мы с тобой впервые встретились. Официальный ритуал требует участия минимум трёх магистров, сложной бюрократической подготовки и, желательно, благословения Совета. Ничего из этого у меня не было, а трещина расширялась, поэтому я действовал в одиночку. Использовал запретную магию. Архон был якорем. На нём держалась структура печати, пока я накладывал последнее связывающее заклинание.

— А потом пришла я, — медленно произнесла я, всё ещё глядя на пульсирующую тьму, — и наступила на твой силовой контур.

— А потом пришла ты, — согласился Кайр. — И контур сломался. Заклинание застыло в незавершённом состоянии. Архон остался заякоренным в структуре. Я пытался обойтись без него. Все эти дни. Не вышло. Сегодня — последний срок. Если не закрыть трещину до заката, энергия вырвется наружу, и тогда... — сделал паузу, — тогда пострадает не только некрополь. Академия. Студенты. Вся территория вокруг.

Я перевела взгляд с трещины на него, потом снова на трещину, потом опять на него. В голове крутились мысли, одна другой краше.