— Я хочу, чтобы ваш подзащитный провел следующую ночь в собственной постели. И могу это устроить.

Тут, надо сказать, я ни в малейшей степени не кривил душой. Арест юнца давал возможность хорошенько на него надавить, а вот судебный процесс сулил мне одни только ненужные хлопоты. Не было никакого смысла заводить все так далеко.

Адвокат немного поколебался, затем расправил сбившуюся мантию и спросил:

— Каким образом?

— Покушение на ее сиятельство — тягчайшее преступление. Оно не может остаться безнаказанным. Но если молодой человек из ревности напал не на графиню, а на ее гостя, и этот гость решит не выдвигать обвинений, то в связи с примирением сторон вашему подопечному будет грозить не слишком суровое наказание. Как, скажем, для дуэлянта.

Мэтр Валгетамм облизнул губы и осторожно, словно ступал на тонкий лед, осведомился:

— И что подвигнет вас помочь моему подзащитному?

Я широко и совершенно искренне улыбнулся.

— Сущая безделица, мэтр. Дюжина имперских дукатов!

Адвокат насупился и ожег меня недобрым взглядом, но, прежде чем открыл рот, я выставил перед собой раскрытую ладонь.

— Вы либо соглашаетесь, либо нет. Торг неуместен.

— Сумма слишком велика! Это вымогательство! Подумайте о несчастном мальчике!

Но я остался непреклонен.

— Этот несчастный мальчик едва не разрубил меня надвое, мэтр. За все в этой жизни приходится платить.

— Не уверен, что мой гонорар покроет ваши запросы, — промямлил адвокат.

— Так добавьте своих! — надавил я, не чувствуя ни малейшей жалости. — Это дело — у всех на слуху, и обсуждать его будут не день и не два, ведь в нем замешана графиня Меллен! Вас станут превозносить до небес, если сумеете вытащить подопечного из кутузки всего за несколько часов.

Мэтр Валгетамм открыл рот и снова закрыл его.

— У меня нет при себе нужной суммы, — наконец вымолвил он.

— Ищите меня в канцелярии управы. Если к тому моменту, как я запишу показания, вы не принесете денег, сделка не состоится.

Адвокат развернулся и, не говоря ни слова, опрометью бросился со двора. Он ни на миг не усомнился в том, что графиня Меллен соизволит изменить свои показания, и это обстоятельство прямо свидетельствовало, кто именно оплатил услуги адвоката. Ради подтверждения этой своей догадки я и затеял разговор о деньгах. Впрочем, дюжина дукатов — это дюжина дукатов. Отказываться от них я в любом случае не собирался.

2

Через час я покинул управу с увесистым мешочком, в котором солидно постукивали друг о дружку тринадцать далеров — крупных серебряных монет, отчеканенных на монетном дворе Силлесге. Этому портовому городу единственному в герцогстве было даровано право пускать в оборот собственные деньги, и полновесные далеры ходили по всему северу и даже в империи. Правда, доставшиеся мне были изрядно побиты жизнью и сточены, а до запрошенной дюжины дукатов недоставало нескольких грошей, но я мелочиться и мотать нервы мэтру Валгетамму не стал. Пусть его!