Айя попыталась влепить мне кастетом в бороду, но ей помешал непродуманный замах Руслана.

Третий оппонент, Барам, типичный кавказец, вывернулся слева и начал тыкать в меня ножом, вот только я снова сбил линию атаки.

Барам споткнулся о ногу Руслана, врезался плечом в столб и выругался по-колхски. Я нырнул под удар Айи, вломил ей под дых левой и тут же добавил по рёбрам правой. Девушке поплохело.

— Отойди! — рявкнул Руслан.

Старшаки злились.

Мастер Мерген держался в стороне, наблюдая за дракой. А ещё собралось несколько десятков гимназистов, включая моих одноклассников. Слухи о том, что Сергей Иванов пересдаёт нормативы по рукопашке, разбежались, точно круги по воде.

Пофиг.

На зрителей я перестал обращать внимание ещё два тысячелетия назад, сражаясь на арене Колизея. Римляне поначалу вызывали отвращение своей тягой к кровавым развлечениям, а потом…

Наверное, привык.

Столбы выступили моими союзниками.

Руслан вновь ударил, но я успел перехватить его руку, выписать мощный апперкот и добавить контрольку в колено. Парень вскрикнул, завалился вперёд и помешал прыгнуть на меня Бараму. Айя пошла вперёд, провела красивую ударную связку локтями и коленями, но была остановлена моими блоками. Связав девушку, я перехватил руку с кастетом, потянул на себя, вывернул и услышал долгожданный хруст.

— Мразь мелкая! — взвизгнула Айя.

Я не ответил.

Выбил опорную ногу у Барама, пока тот отпихивал Руслана, снова добавил Айе в живот и добил правым крюком в голову.

Шагнул за столб, который мешал Бараму достать меня ножом, и прописал ему парочку молниеносных ударов по почкам. Кавказец пошатнулся, но тут же, яростно рыча, ударил ножом наотмашь. Попал в столб.

Мастер Мерген изобразил фэйспалм.

Шаг-подшаг. Перехват кисти с ножом, залом, удар ребром ладони в локтевой сгиб. На обратке — локтем в челюсть. Противник плывёт. Я добавляю коленом в живот. И тут же — в переносицу, когда Барама скрючило.

Нож упал в песок.

Боевой нож, между прочим.

Не муляж.

Именно так выглядит «полный контакт» в представлении мастера Мергена. Ни любви, ни тоски, ни жалости. Не умеешь драться — тебя порежут. Умеешь — допустят к экзаменам. Которые, есть подозрение, ещё больший хард.

Чтобы Руслан не поднялся, оформляю ему ему левый крюк в челюсть. Не глядя, бью ребром ладони, окончательно вырубая Айю.

— Стоп! — Мерген-оол скрестил руки над головой. — Убедительная победа Иванова.

Болельщики разразились свистом и аплодисментами.

Убедившись, что мои противники выведены из строя и не могут продолжать бой, я покинул круг столбов. Направился к учителю под пристальными взглядами гимназистов. Застыл на почтительном расстоянии. Поклонился.