В себя она пришла уже в медицинской палате. Мягкая кровать, белые простыни и никакой темноты, даже намека на тени в помещении не имелось.

— Очнулись, Анна Михайловна, — улыбнулся ей сидящий в кресле мужчина.

Не сразу, но великая княжна Выборгская узнала личного целителя государя.

— Константин Владимирович, — улыбнувшись ему, как родному, девушка попыталась сесть, но он остановил ее жестом.

— Успеете еще, Анна Михайловна, — заверил целитель. — Сейчас вам нужно отдыхать и восстанавливать силы. Здоровье ваше не пострадало, но организму потребуется время, чтобы привести себя в порядок. А потом уже и свадьбу сыграете.

— Как долго я здесь пролежала, Константин Владимирович? — тут же напряглась она. — У меня даже жениха нет!

Ерофеев добродушно посмеялся.

— Ваш батюшка уже обо всем договорился, — доверительно сообщил он. — Государь летит вас венчать, Анна Михайловна.

— На ком⁈

— На третьем внуке кайзера Германского рейха, Анна Михайловна, — сообщил Константин Владимирович. — Герберт фон Бисмарк вас спас и попросил вашей руки. Вы согласились. Поздравляю, это весьма выгодный союз.

Анна Михайловна почувствовала, как ее снова уносит в блаженные объятия обморока.

* * *

Московский особняк великих князей Литовских. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич .

Меня действительно ждали.

Петр Глебович, великий князь Литовский, встретил меня лично в гостиной.

— Дмитрий Алексеевич, добро пожаловать, — кивнул он мне, едва-едва опуская подбородок.

Еще с того памятного совета клана, когда я только обсуждал с Рюриковичами возможность покопаться в документах Японского сегуната, я решил последить за великим князем. Уж слишком он мне показался тогда подозрительным.

Но сейчас, по прошествии времени, приходилось признать, что ничего интересного из себя Петр Глебович Апраксин не представляет.

Средней руки администратор, умений и ума которого хватает только-только сводить концы с концами. Он даже полученные при разделе Речи Посполитой земли до сих пор нормально осваивать не начал. Собственных значимых проектов он не имел, дела вел осторожно, и если бы не происхождение, которым, очевидно, очень гордился, ничего бы примечательного я в нем не нашел вовсе.

Но его роду досталось великое княжество Литовское. И пускай Апраксин не приумножил его благосостояния, но ведь и не растерял. А в учебниках по истории к тому же напишут, что вернул исторические земли.

— Доброе утро, великий князь, — я склонил голову, как положено, приветствуя человека его положения.

Петр Глебович моими словами оказался доволен, на его лице мелькнул намек на улыбку. Значит, линию поведения я выбрал верную.