Увы, сам он был зачат в пробирке, которую тайно подменили. И так Соколовы получили в свой род биологического сына царя. За это великий князь Выборгский лишился шанса стать губернатором Московским.

А сегодня ночью отец с сестрой вообще провернули дело, из-за которого у Невского случился приступ. И было совершенно неясно, сможет ли после него Емельян Сергеевич хотя бы самостоятельно есть.

А ведь он не просто губернатор Московский и великий князь. Он — куратор Царской Службы Безопасности. Да, под плотным колпаком самого государя, без права на малейшую ошибку. Однако — куратор ЦСБ. И атака на него — всего равно, что посягательство на безопасность самого государя.

Если в первый раз отец всего лишь лишился Москвы, чего государь лишит род Соколовых сейчас?

Пребывая в раздраженном от бушующих нервов состоянии, Иван Михайлович так и не смог заснуть. И теперь, собираясь на прием к царю, с неудовольствием глядел на свое осунувшееся лицо в зеркало.

Сестра — с той понятно, она мстила Невскому за похищение и вынужденный брак с принцем Германского рейха. Но отец, старый политик, не мог не знать, что Михаил II не оставит такую подставу накануне столь важного дня безнаказанной.

Ни с кем не общаясь, великий княжич Соколов вышел на улицу, где его ждал почетный эскорт. Иван Михайлович несколько секунд смотрел на родовые гербы, нарисованные на автомобилях, после чего со вздохом направился к своему транспорту.

Стоило ему остановиться у двери, которую с почтительным поклоном раскрыл слуга, ворота особняка неожиданно раскрылись, впуская на территорию машины ЦСБ. Нервно сглотнув, Иван Михайлович усмехнулся.

Решив, что опричники прибыли за отцом, Соколов не спешил садиться. Но из броневика выскочил боец в униформе капитана и бодрым шагом направился именно к великому княжичу.

— Капитан Иволгин, Царская Службы Безопасности, — представился он. — Приказано сопровождать вас по дороге в Кремль.

Оставаясь внешне спокойным, Иван Михайлович все же внутри сильно удивился. Меры безопасности или конвой для заключенного? Что там, государь мог бы его и в заложники взять, чтобы вынудить великого князя самому во всем сознаться и покаяться. Нечасто, но такое тоже случалось.

— Что ж, капитан, едем, — ответил великий княжич, после чего сел в машину.

Дорога до Кремля была недолгой, и все это время Соколов размышлял о том, как выпутаться из возможных проблем, которые создала ему его семья.

* * *

Кремль. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .

В сопровождении Ворошилова я шел по коридорам, отвечая кивком на приветствия редких придворных. До приема еще оставалось время, царь обычно в такие дни еще только завтракает.