— Ставь на стол, — устало произнес Семеныч.

— Как она? — спросил вошедший.

— С ней все будет хорошо. Раны обработал, нужными препаратами напоил. Ей нужно просто хорошо выспаться.

— Еще раз спасибо за ваш чудодейственный напиток, — поблагодарил проводник. — Скажите, вас зовут Семеныч?

— Угадал. А тебя как кличут?

— Я ратник, позывной — Владис.

— Могу я тебя попросить об одном одолжении, Владис?

— О чем угодно, — ответил тот.

— Я планировал выходить через две остановки, но теперь вынужден ехать до конечной, а потом обратно — барышне требуется специальный уход. А еще хотелось бы дополнительно занять соседнее купе. Поможешь?

Проводник сейчас был готов отдать в распоряжение сотника весь вагон, поэтому он быстро закивал и произнес.

— Будет сделано. Если вам понадобится что-то купить на стоянках, сообщите, и все доставят в лучшем виде.

— Благодарю, Владис. Похоже, мне действительно придется воспользоваться твоими услугами.

Когда проводник ушел, Семеныч посмотрел на Мурку.

«А она и вправду чем-то напоминает кошку. Главное, чтобы царапаться не начала. Представляю, что начнется дома, когда к своим трем привезу четвертую. Да, уж… Кто-то кошаков бродячих домой приносит, а Семеныч подбирает женщин. Хотя в данном случае можно сказать, что нынешняя пострадавшая — два в одном флаконе. Так и объясню своим супругам: я там котенка подобрал, Муркой звать. — Он присмотрелся к прическе и продолжил: — Беленькая, короткошерстная, не линяет, вшей нет».

* * *

Рано утром, пока мои девушки еще спали, решил провести ревизию собственных богатств потайного кармашка. Все они были очень ценными. Например, редозит высшей категории и гелион, которые в контакте позволяли оставаться невидимым для пришельцев. А еще три яркие хрустальные пирамидки, обеспечивавшие по первому применению — возрождение, по второму — проход через Электрическую долину при контакте с гелионом, и по третьему — открытие локана при контакте с глазными хрусталиками гребенчатого василиска.

Самыми дорогими являлись четыре камня, подаренные разумным обитателем того мира, из которого в Рубежье попадали кровожадные твари. Прозрачные камешки голубого цвета размером с виноградину имели по два темных вкрапления, подобно зрачкам скорпионса, как сами себя называли разумные обитатели мира по другую сторону локанов. А я бы назвал их кентаврами.

Автономка оценила каждую «виноградину» в сто пятьдесят тысяч упсов. Правда, объяснить, что это такое и для чего может мне понадобиться, не смогла. Но в данном случае нутром чувствовал — вещь гораздо ценнее заявленной стоимости.