— Дмилыч, по-моему, я знаю, что с нашей рыжей.
— А что с ней не так? — По мне, с обеими девчонками все было в порядке.
— Помнишь ее странные промахи на нескольких последних охотах и резкие перемены настроения? А еще я заметила, что во время нашей вечеринки, когда отмечали ее достижение, она почти не пила.
— В ресторане не обратил внимания, не до того было. А по поводу остального… Особо ничего не заметил.
— Ладно, не буду тебе объяснять и описывать все признаки, просто поверь женщине: наша Ларика беременна.
— Чего⁈
Вот вроде бы ничего особенного и не сказала, но меня, словно чем-то тупым и тяжелым по башке. Даже колени предательски задрожали.
— Да тише ты, услышат же.
— Ты уверена? — почти шепотом уточнил я.
— Абсолютно.
— Ни фига себе! — присвистнул, чувствуя, как рот расползается до ушей.
— Лицо нормальное верни. — Русалка усмехнулась, покачав головой.
— Что с ним не так?
— Все. И думать сейчас нужно не о твоем изменившемся статусе, а об ее. Соображаешь?
Сообразил быстро и в голове поселились совершенно иные мысли. Недобрые.
— Содомом их всех по Гоморре! Так какого же она⁈ Я ей сейчас устрою!
— Стоять! — Она придержала меня за рукав. — Хочешь истерик беременной женщины? Ларика ведь наверняка скажет, что срок маленький и она не оставит тебя в трудную минуту. Ты хочешь море слез⁈
— Нет! — Я притормозил.
— Тогда придумай, как оставить ее в безопасном месте, а лучше вынудить принять это решение самой. Кстати, ты в курсе, что возрождение не восстанавливает плод у беременных?
— И она…
— Тихо, милый, тихо. Мы же все равно любим ее, правда?
— Конечно. Без всяких сомнений.
— Уверена, ты обязательно что-то придумаешь.
Про упрямство рыжей мне было хорошо известно, поэтому лучшим способом было создать такие условия, чтобы она сама захотела уйти в безопасное место.
Мой взгляд остановился на Алкосе.
— Кажется, я знаю, что нужно делать. А поможет нам один знакомый сводник.
Глава 10 Стальные… нервы
Стальные… нервы
Интерлюдия…
Ко времени прибытия в Рубанск, с помощью новых подруг Лиара смогла добраться до ранга ополченец и заработала пару тысяч упсов, которые наконец-то научилась ценить. Прежде деньги доставались ей легко, и также легко уходили, как и в обычном мире, так и в первые дни пребывания в Рубежье. А вот когда они закончились, и дамочка осознала, в чем окружающие видели ее истинную ценность, стало гадко и страшно. Но все же не до такой степени, чтобы впадать в отчаяние. Она вдруг вспомнила, что в детстве была довольно бесшабашной девчонкой и еще той задирой, от которой даже некоторым пацанам доставалось.