Появился Демос, он затравленно смотрел куда-то в сторону клеток, через несколько секунд я понял почему. Двое людей в тёмных одеяниях, вели к карете женщин, одну я узнал сразу. Брюнетка со взглядом королевы, вторая, судя по цвету волос, девчонка–подросток. Обе вошли в карету, причём никто их туда не загонял, их походки говорили о другом, свобода, женщин кто-то выкупил, либо приехали родственники. Больно уж Демос пришибленно смотрелся, и мордовороты не просто так в линейку выстроились.

— Вот так, Антуан, — я обернулся на знакомый голос, Иосиф, обтекая каплями дождя, грустно смотрел в ту же сторону. — Покупка товара не означает, что он теперь твой. Иногда приходят настоящие хозяева, или родственники, — он кивнул в сторону кареты.

— Но для них это хорошо, — возразил я.

— Для принцессы и её приёмной дочери да, а Демос потерял деньги, — Иосиф перевёл на меня взгляд. — Когда юность проходит, Антуан, на смену приходят другие ценности!

Я не понял о чём он, и не особо интересно, взгляд выхватил сына старосты, он провожал «принцессу» печальным взглядом. Прибежал торговец книгами, я услышал его голос.

— Энуэнда моя, Энуэнда! — он воздел руки к небесам, принцесса не отреагировала.

Зато давешний извозчик не подкачал, шибанул хлыстом прямо по голове незадачливого поэта. Демосу тоже досталось и, похоже, серьёзно, один из «родственников» пленницы швырнул в него руну. Когда знаешь, как это выглядит, то ни с чем не спутаешь, светящийся шарик воткнулся в голову работорговца и тот полетел на спину, словно прямой удар словил.

— Что творится, что творится, — Иосиф поспешил к своему фургону.

Похоже, он не только деньги потерял. И куда смотрит охрана каравана? — я перевёл взгляд на Карло, тот так и стоял на том же месте, глядя куда-то вдаль.

Остальных пеших стражей не видно, впрочем, как и конных.

Я ушёл с дороги, прижавшись к лотку с копчёностями, через пару минут мимо меня пронеслась тройка лошадей с поскрипывающей каретой.

— Молитесь Верховному, чтобы вашу вонючую деревню не спалили! — громко крикнул извозчик.

Слышавшая его слова стоявшая неподалёку селянка, вскрикнула и убежала, я решил, что домой, но ошибся.

— Люди-люди, беда к нам пришла! — завопила она на ходу.

Из дверей ближайших домов начали выскакивать селяне, хватило одной крикливой бабы, чтобы подняться панике.

За фургонами, там, где располагался тягловый скот, началась какая-то возня, торговцы стали выскакивать под дождь и торопливо собирать свой товар. Иосиф, Эрнесто, все бегали и суетились, подгоняя своих слуг.

Похоже, и правда всё серьёзно. И что за принцесса такая, за мчто её в рабство продали?