Жека зашёл в квартиру, и гляделся. Обстановка тут, конечно, была такая, что сразу видно: живёт человек с большими деньгами. Во всей хате был сделан модный среди новых русских евроремонт, стояли крутые деревянные окна с массивным стеклопакетом по евростандарту. Стены были затёрты финишной шпаклёвкой «Ротгипс». На полу не ламинат, а настоящий деревянный паркет. Везде современная западная мебель и хорошая бытовая техника.

Не успел Жека подробно рассмотреть подробности интерьера, как раздался женский визг.

— Женькаааа!

Из угла коридора выбежала Оксанка, в шортах и белой женской футболке в обтяг, которая позволяла видеть её крупные сиськи. Пышные чёрные волосы схвачены сзади в хвост. Надо признать, Оксанка слегка раздобрела и мало походила на восемнадцатилетнюю девчонку, которую он видел последний раз. Но всё-таки она была очень красива, как и тогда, когда они вместе шарились по подъездам и улицам.

Пуща подбежала к Жеке, обняла его за шею и чуть не повалила его на пол, запрыгнув, обняв руками за шею и охватив ногами.

— Ну-ну, что за телячьи нежности, — смущённо сказал Жека, похлопывая Пущу по плотной спине. И неожиданно ощутил тугой живот.

— О, так ты в положении, — удивился Жека. — Поздравляю, кого ждёте?

— Кого надо, того и ждём, проходи давай, — радостно взвизгнула Пуща и показала на зал. — Мы там немного тебе угощения приготовили, да и сами пожрать хотим уже.

В зале был накрыт стол и работал телевизор. Показывали какую-то галиматью, похоже, западные музыкальные клипы. На столе стоял набор сухих вин, бутылка виски, жареное мясо и рыба. Оксанка не стала замучиваться с разными блюдами, пожарила в духовке всё, что есть, залила плавленым сыром, засыпала зеленью. И такая простецкая закуска оказалась самая вкусная и самая хорошая.

— Вас убить мало со Светкой, — заявила Пуща, раскладывая еду по тарелкам. — Полгода как уехали, и ни слуху ни духу. И что о вас думать? То ли убили вас, то ли нет. Уж позвонить-то можно было.

— Оксана, он позвонить не мог, потому что его самого искали, — напомнил Славян. — Я, кстати, гроша ломаного не дам за то, что наш номер телефона не прослушивается Хромовым.

Посидев с полчаса, Оксанка сказала, что устала, и ушла в комнату, наказав её позвать, если чего-то будет нужно. На самом деле, Жека сразу же подумал, что она специально оставила их вдвоём, предполагая, что предстоит серьёзный разговор.

— Ну, говори, чего хотел, — махнул головой Славян, наливая коньяк себе и Жека.

— Ты сам понимаешь, что встрял я в дело крупное, и, если честно сказать, оно не пойдёт здесь, пока Хромов сидит на городе, — сказал Жека и посмотрел на Славяна.