— Схемы-то схемы, — в ответ усмехнулся Славян. — Ты не знаешь, в какой стране живёшь? Сейчас всем похер на всё. Демократия и гласность. В газетах чего только не пишут: про Ленина смотри что пишут и про Сталина. Вчера ещё на них молились, а сегодня паскудными словами поносят. Даже если ты в газете открыто напишешь, что Сахар — вор в законе и сидит в Москве на хлебной должности, это ничего не изменит. Максимально, его могут тихой сапой убрать с должности и поставить ещё выше, это прямо было бы в нашем репертуаре. Ты ничего не добьёшься. А всё потому, что власть у них, а не у тебя.

— Ты забываешь, что сейчас все продажные, это раз. И два — мне пока на Сахара нет нужды наезжать. Для меня самое главное — опрокинуть генерала, так как именно Хромов его правая рука тут, — возразил Жека. — И я это считаю вполне реальным. Нужно только грамотно поднести документы тому, кому надо. Но у меня есть ещё кое-что. Хромовские головорезы в самом начале 1992 года убили журналиста в трезвяке. Ты, наверное, помнишь этот случай? В газете писали, что нашли неопознанный труп сильно избитого человека возле вытрезвителя.

— Нет, не помню, — покачал головой Славян. — Много всякого говна за это время произошло, а про трупы и речи нет. Десятками в месяц находили и находят. Напомни, что там было.

— Когда мы только начали поставлять сюда компьютеры, в начале 1992 года, — сказал Жека, — и открыли компьютерную фирму, я один компьютер подарил в администрацию города, по просьбе Конкина. Типа скрытая взятка. Ну! Вспоминай! Потом ещё было торжественное собрание в администрации города, а сразу же после него состоялась пресс-конференция, на которой приглашённые городские журналисты задавали разные вопросы. У Сахарихи спрашивали, сколько ей лет. После пресс-конференции ко мне подошёл один мужичок, который представлял какой-то жёлтый бульварный листок, и начал шантажировать меня тем, что напишет всякую херню про наши дела. Типа, он собрал офигенный компромат на нас ещё со времён кооператива «Удар». Естественно, мне было плевать на него, но в деле он мог навредить. Я потом вспомнил его имя — корреспондент местной редакции «Жёлтой газеты» Архип Крылов.

— Он тебя шантажировал? — недоверчиво спросил Славян. — Почему я ничего не знаю?

— Потому что я не счёл нужным ставить тебя в известность, так же как и всех других, — спокойно сказал Жека. — Журналист упоминал только моё имя. Про вас он ничего не сказал, а возможно, и не знал.

— И что ты сделал? — с интересом спросил Славян.

— В этот же вечер я позвонил Хромову, — пожал плечами Жека. — Сказал, что наехал журналист «Жёлтой газеты» Архип Крылов. Угрожает, что сольёт компромат. Для того чтобы расшевелить Хромова, соврал, что у журналиста есть материалы о советской мафии и сращении её с партией и милицией в 1980-е годы. Хромов сказал, что решит проблему. Я думал… Он закроет его по какой-нибудь надуманной статье на пару лет, или просто припугнёт, но дядя Серёжа решил проблему кардинально. Просто-напросто сказал своим головорезам, чтобы они арестовали журналиста, притащили его в трезвяк и там избили до смерти, а потом выволокли на улицу, протащили 100 метров от трезвяка и бросили, как мешок с говном, прямо посреди дороги. Они тогда ничего не боялись, да и сейчас, наверное, ничего не боятся. Походу, у него и в следствии тоже были свои люди, потому что никто не стал даже проводить поисков пропавшего человека. Если родственники и подавали заявление о пропаже, его приняли и тут же спустили в унитаз, определив человека как без вести пропавшего. В газете об этом писали, что нашли труп неизвестного человека, и была фотка, но лицо было сильно изуродовано арматурой. Слушай, я не знал, что мусора пойдут на это.