— Ну чё, братан? Дожидаетесь? — радостно спросил Жека слегка нетрезвым голосом. — Может, водяры и закуски взять?

— Не надо, тут всё есть, — тускло отозвался Славян. — Приходи. Побазарить надо.

Жека хорошо знал братана, поэтому сразу понял, что случилось нехорошее. Что там у них стряслось? Неужели Славян с его опытом и связями вляпался в какое-то говно?

Жека оделся в спортивный костюм, кроссовки, вышел в подъезд и, не дожидаясь лифта, по-пацански бегом спустился вниз по лестнице, прыгая через половину пролёта и грохоча кроссовками при приземлении на бетонный пол. Ну чистый малолетка! Только спустился на первую площадку, как столкнулся с Валькой, только что вышедшей из лифта. Встреча получилась эпичная, нос к носу, при свете тусклой подъездной лампочки. Валька, одетая в нарядное голубое платье с шифоном, облегающим белоснежные плечи и верх маленьких грудей, в туфлях на шпильке, накрученной красивой причёской, и Жека в кроссовках и спортивном костюме. Красавица и чудовище.

— Привет! — в один голос воскликнули Жека и Валька. И тут же невольно рассмеялись.

— А ты опять куда-то развлекаться? — с насмешливым оттенком в голосе спросил Жека. — Каждый день как праздник, не так ли?

Обычная шутка вызвала в Вальке взрыв неоправданной злости. Неужели задел за живое, напомнив, что она живёт, как сыр в масле катается, и в этом не её заслуга, а папаши?

— А почему бы и нет? — саркастически улыбнулась Валька, показав белоснежные зубки среди пухлых нежных губ. Но улыбка была злой. Хотя сама Валька была как богиня. Или, точнее, как демон, как суккуб, призванный соблазнять простодушных мужиков. Чёрные завитые волосы спускались на одну сторону лица и закрывали правый глаз, который тем не менее, блестел сквозь густые пряди. Облик был сексуальный, как ни у кого другого. И очень дорогой. Валька, как всегда, умела произвести впечатление, начиная с 16 лет, когда Жека, простой дворовый пацан, пытался ухлестывать за ней и получил дубиной по загривку. А почему получил?

Только сейчас Жека видел отчётливо, что былая крошечная гнильца, сызмальства гнездившаяся в Вальке, сейчас стала более ощутимой. Он, даже будучи неопытным пацаном, словно чуял, что в ней сидит скрытая кучка небольшого дурно пахнущего говнеца. А сейчас оно начало потихоньку проклёвываться наружу. Сахариха, несмотря на все свои психи, и в целом дурной и жестокий характер, была в 100 раз лучше Вальки. По крайней мере, Светка всегда была прямой как стрела и никогда не лгала. Говорила прямо, как есть, не юля и не притворяясь. Если нужно обматерить, значит, обматерит, или даже по роже даст. Если нужно приласкать, значит, приласкает. А такие змеи, как Валька, в лицо лыбу давят, а на самом деле воткнут нож в спину.