— Я поверить не могу, что мы приехали в какое-то дерьмо всего за 5 часов, — сказал Жека с большим недоумением и, взмахнув обрезом, положил его на плечо. — Кому расскажи — не поверят. Вы, кстати, ребятки, не забывайте — мне завтра в 11 часов утра надо на завод идти, а потом в полдень в администрацию города. Так что сопли не жуйте. Быстрей начнём — быстрей закончим.

— Пошли, чё тут стоять… — мотнул головой Славян и отправился по дороге в сторону колхоза, вытащив пистолет.

Идти тихо не получалось — гравий скрипел под ногами, и чуткие собаки во дворах тут же начали гавкать, несмотря на ещё достаточно большое расстояние до посёлка. Впрочем, собаки в деревне гавкают круглые сутки напролёт: и на проезжающие машины, и на проходящих мимо людей, и на дикого зверя, подходящего к околице, а в таёжной деревне это не было чем-то из ряда вон выходящим.

— Вон тот дом самый крайний, — указал Графин на крайнюю усадьбу. — Там до сих пор свет горит.

На вид это был обыкновенный деревенский дом, которые миллионами стоят по российским деревням. Сложенный из почерневших брёвен, но на вид ещё крепкий, четырёхскатная крыша сделана из шифера, над которой торчит кирпичная труба, из которой поднимается дым. Видать, хозяева решили затопить печь из-за ночного холода. Огород, как и говорил Графин, заброшенный, похоже, хозяевам овощи были не нужны. Июнь на носу, а земля не пахана, и грядки не копаны, всё заросло свежим бурьяном.

В глаза бросалось одно: ворота, предназначенные для того, чтобы загонять трактор для вспашки огорода, относительно новые, железные. Да и вообще, передняя часть ограды сделана из металла. Боковую часть, граничащую с лесом, хозяева трогать не стали, она и так заросла крапивой и всякими кустами. Но именно через неё Графин несколько часов назад и выбрался наружу, сломав пару досок.

— А у них собак-то нету? — с подозрением спросил Жека.

Он с малолетства ненавидел собак. Насмотрелся на них ещё в деревне у деда. Когда пацаном выходил ранним утром на рыбалку, всегда набирал у ограды дедова дома полный карман фуфайки крупных камней. Ночью по деревне бегали стаи бродячих собак. Да и хозяева постоянно отпускали своих собак на ночь бегать по участку, охранять усадьбу от воров. Но ушлые псины находили дыру в заборе и, естественно, выбегали на улицу, где бегали целыми стаями всю ночь. Увидев одиноко идущего пацана, сворой бросались на него, но Жека метко бросал пару камней в самых ретивых, попадал им прямо в рожу, и псины с визгом разбегались в разные стороны. Один раз пришлось поработать и стеклопластиковой удочкой, отмахиваясь от рычащей своры. Потом Жека стал брать с собой на рыбалку здоровенный нож-свинокол и как-то за околицей у реки, замочил пару собак, напавших на него. А время-то 4 часа утра! Ещё темень. На помощь никто бы не пришёл, если бы свора бросилась на него. Поэтому Жека к собакам не испытывал абсолютно никакой любви, мочил их только в путь.