Я сразу почувствовал, что он действительно может пригодиться нам. Как? Это вопрос другой. Я знал, что найду способ использовать его. И нашёл. После того, как он объяснил на своём иносказательном языке мне суть идеи, я решил рискнуть и поселил его на самой засекреченной своей базе. Там несколько «головастиков», которых я правдами и неправдами выманил с Земли, трудились над одним из моих проектов по запреттехнологиям. Там было суперсовременное сверхдорогое оборудование, которое весьма пригодилось.

Я не знаю, откуда он взялся. Но о том, что творится на Земле, представления у него были весьма поверхностные. Он просматривал один за другим информационные файлы и СТ-новости, не переставая твердить о зонах деструкции и прорывах в информационном объёме. Что это означало? Можете узнать у него, если вам посчастливится, или, точнее, как это сказать, понесчастливится его увидеть.

Он поработал на нас. Поработал хорошо. Если бы всё шло так, как рассчитывали мы… Впрочем, что об этом говорить. «Голубика» — ключ от заветных райских планет буддизма.

Он сделал оборудование. Ящик, потреблявший энергии не больше карманного фонаря. Никто не видел, как он колдовал над ним. Мы пытались включить видеокамеры, но когда Найдёныш начинал работать, аппаратура глохла как по команде. Там творилась чертовщина.

Так появлялась «голубика» — голубые шарики. Мои специалисты так и не сказали, что это такое. Металл, пластик? Ничего подобного. Вещество без свойств.

Сперва мы не знали, что делать с «голубикой». В логове на востоке Олимпик-полиса мои дураки вскрыли пакет с этой синей дрянью. Потом одни из них перебили друг друга в приступе холодной ярости. Другие сошли с ума. Третьи твердили что-то маловразумительное. Найдёныш создал нечто, заставляющее людей полностью терять голову и при этом забывать, что она когда-то у них была.

Потом сотворил иное оборудование, позволяющее трансформировать «голубику» в вещества, оказывающие поразительное воздействие на психику, чаще — наркотическое.

Так появилось «семя дракона», «ласковый яд», «синий кайфогон» и некоторые другие новшества.

Зачем это нужно было Найдёнышу? Что ему вообще было нужно? Разговаривать с ним было совершенно невозможно. Привычными нам словами он будто говорил на другом языке. Для него не существовало людей. Мы для него лишь точки общественного диссонанса или, наоборот, стабильности. Что это значит? У него спросите.

Мне кажется, он раскладывал какой-то невероятно сложный пасьянс, картами в которых являются люди. Не скажу, что мне это нравилось. Мне все чаще становилось страшно, и я подумывал уже о способах его нейтрализации. Но не представлял, как это сделать. Я хорошо помнил выражение на лицах тех трупов, рядом с грудой которых он стоял.