— Как вы себя чувствуете? — осведомилась она.
— Просто прекрасно. Ваше гостеприимство идёт нам на пользу, — сказал я.
Сарказм, который я вложил в эти слова, был проигнорирован.
— Самочувствие ваше, — обернулась к Шестерневу, — нестандартно. Показатели в норме, но изменчивы. Пока состояние не внушает опасений, но… Мы не можем поставить диагноз.
И не сможете, подумал я. Фактически организм Шестернева сейчас полностью перестраивается, вот только большинство изменений стандартному диагносту «Гиппократ» не выявить, иначе, думаю, с Изабеллы моментом слетела бы её маска равнодушия.
— Мы польщены заботой о нашем здоровье, — сказал Шестернев, — но на Марс мы прилетели не лечиться.
— А зачем?
— Мы уже отвечали на этот вопрос — социологическая программа Совета Земли по внешним поселениям, — раздражённо произнёс я. — Нет никакого смысла нас задерживать.
— Так ли? — губы Изабеллы дрогнули в лёгкой усмешке.
Оказывается, у неё есть эмоции.
— Именно так.
— Мы это вскоре выясним.
Готовит она нам какую-то свинью. Я чувствовал.
— Через час вас удостоит встречи Сергей Андерсон.
— Мы чрезвычайно польщены, — кивнул Шестернев. — А кто он такой хоть?
— Колдун. Через час. Купол. Она обернулась и плавной эротичной походкой удалилась.
Двери сомкнулись.
— Колдун… Только этого не хватало, — сказал я…
5 * * *
Я расположился в кресле около аквариума с барракудой. Клуб — единственное место, где есть мягкие кресла, в которых можно блаженно развалиться и расслабиться. Остальная мебель в ските специально создана для того, чтобы доставить людям (тьфу — м-мутантам) наибольшие неудобства.
— Интересно, что это за колдун? — не мог успокоиться Шестернев.
— Увидим. Наверное, с посохом и филином на плече. Как положено.
— Мы попали в каменный век. М-мутанты — чистые троглодиты. Живут в пещерах. С внешним миром не общаются. Спасённых ими не отпускают. Кстати, это первобытный обычай — спасённый в джунглях племенем становится его членом.
— Или съедается при наличии возражений.
— Или съедается. Или вот ей скармливается, — Шестернев постучал по бронированному стеклу аквариума перед носом лениво шевелящей плавниками барракуды. Та никак не отреагировала, глядя куда-то выпученными тупыми глазами. — Колдуны. Шаманы. Бубен. Точно каменный век! М-мутанты решили сбросить шелуху цивилизации.
— Сейчас увидим.
У меня на сей счёт было иное мнение…
Он появился через пятнадцать минут после назначенного срока. На вид колдуну было лет двадцать. Худой нервный молодой человек. Аура блестящая, переливающаяся как фейерверк. В нём ощущалась та самая СИЛА. Но не такая, как у супера — иная. Возможно, не меньшая, но совершенно иная, чем-то схожая с биением недр Марса. Как бы то ни было — Сергей Андерсон колдуном был настоящим, без дураков.