Я подхожу к компу. Пара минут — и я переключаю на себя его управление.
— Расположение людей на территории станции, — приказал я.
Так, осталось пятеро, готовых ещё подраться. Ни одного из них в промышленной зоне. На них можно не обращать внимания. Отдать приказ компу блокировать их… Сделано…
— Володя, — произнёс я в микрофон коммуникатора. — Командный пункт наш. Вызывай подмогу.
Через десять минут появились полицейские глайдеры с элитной тактической группой. Тяжеловооружённые, в громоздких комбезах спецназовцы ворвались в нейроцентр.
— Оповещение по всем помещениям, — приказал я компу. — База под контролем полиции. Сопротивление бесполезно. В случае сопротивления будете уничтожены. Сдавайтесь.
Думаю, охранники уже поняли, что в моих словах есть смысл.
— Зачищайте, осматривайте под руководством Шестернева, — я кивнул на Володю. — Я забираю глайдер и отделение Крамера. Командор Дамиани, вы тоже со мной.
— Понял, — щёлкнул каблуками Дамиани, получивший строжайший приказ выполнять беспрекословно любые мои распоряжения, пускай даже самые дикие.
Я загерметизировал комбез и через малый шлюз вышел наружу. На площадке перед базой стояли три полицейских тяжёлых глайдера.
Рассиживаться мне здесь не резон. Меня ждёт Олимпик-полис. Там намечаются интересные дела, при которых желательно присутствовать…
7 * * *
Полицейские из тактической группы были несказанно удивлены тем, чем им приходилось заниматься. Сложная, сложившаяся за многие десятилетия система «полицейские-воры», в которой каждый сверчок знает свой шесток, рушилась на глазах. Начиналась война. Большинство ребят, как я понял, готовы были подраться всласть. Им надоело унизительное положение марионеток, надоели пакты о ненападении с преступными структурами.
— Малейшая попытка сопротивления, — говорил я, проверяя оружие и перезаряжая его в грузовом фургоне с эмблемой фирмы по обслуживанию кухонных сетей, — отвечать огнём на поражение.
— Под чью ответственность? — спросил командор Марсель Дамиани. Он так и не понял, кто эти двое гражданских, которые раздают тут обязательные для исполнения приказы.
— Под мою. Эксперта-чрезвычайщика. Знаете, что это?
Кто-то присвистнул. Кто-то притих.
— Все, выдвигаемся.
Фургон тронулся с места. В это время ещё два фургона, замаскированные под машины обслуживания городского хозяйства, блокировали свои участки.
— Третий на месте, — послышалось из рации.
— Второй на месте. Блокирование участка завершено.
— Отлично, — кивнул я
Сжатые закодированные импульсы нелегко засечь сканирующей аппаратурой. И ещё тяжелее расшифровать. Так что если у охранников «Красного ящера» и есть соответствующая техника, они всё равно не поймут, что происходит, даже если и выявят шуршание в эфире.