Перед департаментом безопасности и внутренних дел скопилась масса бронетехники. По всему «району безоопасности» работали инженерные подразделения, оборудуя новые линии обороны. Похоже, военачальники не слишком надеялись удержаться на нынешних рубежах. Судя по тому, что разворачивались противовоздушные комплексы, занимали боевые позиции машины с плазменными дальнобойками, приспособленными для поражения воздушных целей, слухи о захвате террористами аэродрома под Ангреном вовсе не беспочвенны.

Нас тормозили на каждом шагу, но пропуск действовал безупречно. Мы добрались до семидесятиэтажного отеля «Регистан». Его стены были покрыты спектропленкой, от чего сияли всеми цветами радуги. Обычно на площади перед отелем кипела яркая, выставочная, восточная жизнь. Дымились жаровни, зазывалы предлагали натуральные шашлыки, бешбармак, лепёшки, плов, шербет и рахат-лукум. По протянутым между шестами верёвкам ходили канатоходцы. Тут же показывали восточные фокусы местные чародеи, глотатели огня. Бил высокий фонтан, по спирали ввинчиваясь в голубые выси, и не сразу можно было понять, что уходит вверх искусная, продолжающая водяные струи СТ-проекция. Туристы имели возможность, недалеко уходя от отеля, припасть к восточной экзотике. Сегодня же они смогли почувствовать эту экзотику во всей полноте и на собственной шкуре. Притом экзотику настоящую, без прикрас. Только многие уже никогда и никому не расскажут об этом Ибо били, кромсали и жгли сегодня именно неверных, к которым относились пришельцы из других стран и краёв, а также около двух сотен тысяч местных жителей.

Сейчас на площади не было праздника и ярмарки. Здесь под присмотром взвода гвардейцев в синих термоизоляционных пуленепробиваемых комбинезонах собралось несколько сот человек. Многие из них были избиты, перебинтованы, одеты в лохмотья, в которые превратилась их одежда. У некоторых на теле наливались красным светом присоски переносных «Гиппократов» — медицинских приборов неотложной помощи. Многих из этих людей вырвали из лап смерти. Одна из женщин, сидевшая на земле и монотонно раскачивавшаяся из стороны в сторону, периодически разражалась весёлым смехом — мозг, не выдержавший обрушившихся испытаний, выключился. В большинстве же своём все были подавлены, кроме детей, смотрящих на происходящее с оптимизмом и беззаботным любопытством.

— За что? За что? — повторял зябко ёжившийся при сорокоградусной жаре седовласый мужчина.

Огромный, разукрашенный изразцами с восточными орнаментами холл отеля тоже был переполнен народом. Те же спасённые. Тот же шок. Те же затравленные или пустые взоры.